Меню Рубрики

Кэти пайпер я хочу вернуть зрение

Кэти Пайпер (Katie Piper) — британская журналистка, телеведущая и фотомодель: биография, личная жизнь, кислотная атака

Кейт Элизабет Пайпер является одной из самых известных телеведущих и моделей в Великобритании. Наибольшую популярность девушка приобрела благодаря своей выпущенной книге под названием «Красота», которая впоследствии стала настоящим бестселлером. Эта книга является отражением трагических событий, произошедших с самой Katie Piper. Все истории в книге реальны и происходили с главной героиней на самом деле. Ее работа быстро стала популярной не только в городе, где она живет, но и во многих странах мира. Множество людей из России тоже знают о жизни знаменитой Katie Piper. О ней снимаются фильмы, пишутся статьи, создаются сообщества в социальных сетях. Ее история о внутренней красоте, о своей мечте, о страшной трагедии заставляет миллионы людей задуматься о настоящих жизненных ценностях. Но что с ней произошло? Кэти Пайпер из Великобритании приоткрывает занавес своей жизни.

Кэти родилась в одном из городов Великобритании 12 октября 1983 года. Как и многие другие девушки, она всегда мечтала стать телеведущей и фотомоделью. Уже в тринадцать лет Кэти Пайпер любила делать красивый макияж вместе со своими школьными подругами. А в двадцать два года девушка серьезно задумалась о карьере модели. Она любила всегда находиться в центре внимания, и чтобы мальчики обращали на нее свои взгляды и восхищались ее красотой. Ей нравилось модно и стильно одеваться, нравилось делать прически и макияж. Но все ее мечты и стремления вмиг разрушились из-за одного трагического случая, который произошел в 2008 году по вине двух людей. На девушку выплеснули кислоту, после чего ее лицо очень сильно пострадало. Сейчас эти люди отбывают свой срок в колонии. А главный виновник трагедии заключен в тюрьме до конца жизни.

Кэти пришлось пройти через много преград. Ее лицо еще долгое время после трагедии болезненно восстанавливалось. Спустя год после трагедии девушке все же удалось воплотить свою мечту – ее показали по телевизору. Это была самая первая передача с ее участием. В ней Кэти рассказала свою ужасающую историю в надежде на то, что люди одумаются и не будут совершать глупых поступков. Передача принесла журналистке популярность, после чего она написала свою известную книгу. Кроме этой профессии, Кейт работает в благотворительной организации, которая помогают людям с похожими проблемами.

Сейчас телеведущей 34 года, и она замужем за актером Ричардом Джеймсом Саттоном. В марте 2014 года у супружеской пары родилась маленькая Белль Саттон, а спустя пару лет – еще один ребенок. Кэти вспоминает, что день замужества для нее был самым лучшим днем в жизни. На празднике были только самые близкие друзья и, конечно же, родители. Все приглашенные поддерживали молодую семейную пару, заваливали ее поздравлениями, подарками и комплиментами. Ричард абсолютно безразлично относился к проблеме Кэти с лицом. Его больше всего поразило горячее сердце девушки. Он восхищался тем, что она смогла преодолеть столько преград и не упасть духом. Ему нравилось то, что она всегда была готова помогать другим людям, решать их проблемы, давать советы.

До Ричарда Кэти нравился еще один парень, который впоследствии и разрушил жизнь юной журналистки. Этому мужчине было 33 года и звали его Дэниел Линч. Кэти узнала о нем благодаря социальным сетям, в которых проводила большую часть свободного времени. Знакомство с парнем произошло как раз в одной из соцсетей – на Facebook. Они стали активно общаться и в процессе узнавать друг друга лучше. Кэти поняла, что парень начинает потихоньку ей нравиться. Вскоре влюбленные дали друг другу свои номера мобильных телефонов и договорились встретиться.

По словам Кэти Пайпер, Дэниел Линч был очень добрым и стеснительным, всегда дарил девушке огромные букеты цветов и игрушки. На первую встречу он подарил ей плюшевого медвежонка. Девушка буквально растаяла от таких подарков и брошенных в ее адрес комплиментов. И Пайпер постепенно влюблялась в него сильнее. После первого свидания парень стал звонить Кэти по несколько раз на день, писать огромные сообщения в социальных сетях, слать смайлики и многое другое. Один раз аккаунт девушки даже был заблокирован из-за подозрительной активности на ее странице. Так налаживалась личная жизнь Кэти Пайпер, история о которой – дальше.

Однако таким хорошим и милым парнем Дэниел был недолго. В один из прекрасных дней пара пошла в супермаркет за новыми кроссовками для Линча. На тот момент они были вместе относительно недолго – всего две недели. Поначалу все шло прекрасно, но вдруг произошел неприятный инцидент. Парень очень разозлился на продавца обуви из-за какой-то мелочи и чуть не ударил его. Девушку поразило неожиданное поведение своего парня, и, недолго думая, она предложила ему расстаться. Кроме того, ей очень надоели постоянные звонки Линча и много длинных сообщений в соцсетях.

Бедная девушка даже не подозревала о том, с кем связалась. Дело в том, что Дэниел раньше был осужден за то, что в порыве гнева облил горячей водой лицо своего знакомого, но Кейт об этом он не говорил. К вопросу о том, чтобы закончить отношения, Дэниел отнесся спокойно и положительно. Когда пара рассталась, Дэниел пригласил журналистку на последнее свидание, которое должно было положить конец отношениям, но все произошло иначе. Линч заказал дорогое вино, пара спокойно общалась и сидела в небольшом кафе. После этого мужчина поднялся с девушкой в номер в гостинице. Кэти уже начинала думать о том, чтобы вернуть отношения, потому что ей показалось, что мужчина не такой уж и плохой, каким она его увидела в магазине обуви. Однако когда они зашли в номер, парень взбесился, кинулся на Кейт, разорвал одежду, жестоко изнасиловал и избил женщину. Кровь бедной беспомощной девушки была на кровати, на стенах, в ванной, на зеркалах. Он нанес множество сильных и глубоких порезов на ее руки с помощью бритвы, угрожал ей тем, что убьет ее, пытался перерезать ей горло и многое другое. После чего они поехали к ней, и по дороге он просто выкинул ее вон из машины и скрылся. Девушка со слезами вспоминает этот день, поражаясь тому, что она осталась в живых. Она абсолютно не верила в то, что вернется домой целой и невредимой. Теперь от этого безумного парня Кэти могла ожидать чего угодно.

После этого случая Кейт все еще наивно верила в любовь своего насильника. Она не стала говорить никому о случившемся, а вместо этого тихо сидела дома, боясь выходить из него. Она не рассказывала о трагедии никому, потому что очень сильно боялась, что безумец вновь изнасилует и убьет ее.

Однако на этом мужчина не успокоился. Уже спустя пару дней он написал девушке огромное письмо, где умолял о прощении. Для того чтобы прочитать сообщение на Facebook, Кейт пошла в кафе, где есть интернет. Там ей позвонил Линч, который подробно стал расспрашивать о внешнем виде девушки. Она, в свою очередь, ничего не подозревала и описала свой вид до малейших деталей. Когда она выходила из кафе, ей навстречу пошел мужчина в капюшоне. За пару секунд он выплеснул жидкость из своей чашки на лицо бедной девушки. Сначала Кейт показалось, что это была чашка очень горячего кофе. Она была обеспокоена тем, что странный незнакомец в капюшоне вылил содержимое кружки именно на нее. Как потом оказалось, это был друг бывшего парня пострадавшей – Стефан Сильвестр. Из-за дикой боли Кэти начала кричать, и ее отвезли в больницу. Врачи сразу не поняли, чем облито лицо девушки. А пострадавшая продолжала все скрывать, так как очень сильно боялась сумасшедшего бывшего парня. И только потом стало понятно, что это была ядовитая серная кислота.

Родители пострадавшей пришли в дикий ужас от того, что стало с их горячо любимой дочерью. Они были в панике и в истерике. Из-за случившейся трагедии у Кэти было много проблем, особенно с лицом. Она перестала видеть левым глазом, перестала есть из-за проблем с пищеводом и многое другое. Девушка была в коме, после чего ей приходилось вводить еду в горло через катетер. Было сильно подвержено жуткому влиянию кислоты ее ухо, глаза, шея.

Мать так сильно беспокоилась о несчастной дочери, что ушла со своей работы ради того, чтобы ухаживать и кормить Кэти. В одном из интервью мама делилась секретами о том, как протекала болезнь дочери. В один из дней, когда дочь испытывала сильнейшие боли, она написала записку матери, где просила убить себя. Это подвергло маму Кейт в шок.

Впоследствии мама пострадавшей будет часто винить себя в случившемся и в том, что в детстве не предупреждала о возможных интимных проблемах и редко разговаривала с дочерью на такие темы. После больницы девушка еще долгое время лежала дома под полным контролем матери. Кейт не могла самостоятельно себя обслуживать, есть, пить. Она часто рыдала, кричала от безысходности, срывалась на близких.

Но уже спустя пару месяцев лечения Кейт могла самостоятельно гулять, общаться, ходить в магазины и т. д. Больная перенесла на себе множество пластических операций по восстановлению лица. В общей сложности их было больше сотни. Когда после первой операции на девушку надели костюм, ей показалось, будто ее укладывают в мешок на молнии и собираются хоронить. Большой проблемой был пищевод, который, несмотря на перенесенные операции, по-прежнему оставался крайне узким. Поэтому Кейт не могла спокойно и нормально принимать пищу, как это делают все остальные. И лишь в 26 лет она в первый раз после трагедии села за праздничный стол вместе со своими родными и близкими. За то время, пока она лежала в больнице без сознания, девушка потеряла почти половину своего веса, а это около 38 килограмм. Все были очень обеспокоены судьбой пострадавшей. Однако опытные врачи смогли даже восстановить зрение девушки, но она все равно не видит так хорошо, как могла бы. Ей тяжело было дышать, и ее органы дыхания поддерживала специальная система. На протяжении всего курса лечения Пайпер носила маски из пластика, из-за чего многие люди на улице странно смотрели на девушку и приходили в ужас от ее внешности. Но она не падала духом и искренне верила, что ее лицо станет таким же, как и у остальных.

Сейчас девушка выглядит великолепно. Единственная вещь, о которой очень грустит Кейт, это то, что она никогда больше не сможет быть похожей на свою маму, потому что ее лицо деформировалось и создавалось искусственным образом. Для того чтобы убрать обгоревшие остатки кожи, опытные хирурги использовали кожу с ягодиц и специальный искусственный материал.

Но несмотря на то что прошла эта сильная духом девушка, она говорит, что бесконечно счастлива в своей жизни. Она имеет работу, которая приносит ей удовольствие. У нее есть прекрасный муж и два замечательных ребенка. Телеведущая Кэти Пайпер уверена в том, что все что с ней произошло – не случайность. Благодаря этому она многое поняла в жизни, добилась большого успеха, обрела любовь и работу.

Самая популярная книга Кэти Пайпер «Красота» рассказывает о событиях, произошедших с ней. Она посвятила ее своему хирургу, который подарил героине вторую жизнь. К тому же это была первая операция, когда за один раз были полностью сняты частички сгоревшей кожи с лица.

Главный смысл этой книги в том, что внутренняя красота человека в тысячи раз важнее внешней. Автор хочет донести до читателей то, что ни в коем случае, ни при каких обстоятельствах не нужно опускать руки и сдаваться. Надо наоборот смело и упорно идти вперед к своей мечте, несмотря на все преграды и осуждения со стороны. Девушка настоятельно рекомендует задуматься о том, с кем встречаться и связывать свою жизнь, чтобы впоследствии не было никаких неприятностей и неожиданностей. Книга является актуальной до сих пор, так как такие случаи в последнее время почему-то набирают популярность.

Кэти Пайпер является настоящим героем, прошедшим через все трудности. Она учит людей верить в любовь, доверять своим родным и близким, видеть внутреннюю красоту, бороться за свое счастье. Во многом благодаря родителям, которые постоянно поддерживали свою дочь и верили в нее, она не сдалась и продолжила бороться за свою жизнь.

Благодаря своей огромной популярности Кэти получила достаточно средств, чтобы открыть свою благотворительную организацию. Она финансирует отдельных больных и некоторые больницы и госпитали, в одном из которых сама героиня проходила курсы лечения по восстановлению лица после ожогов от серной кислоты. Кроме денежной помощи ее благотворительная организация регулярно проводит семинары и курсы по макияжу. На них таких же людей, как и сама Пайпер, учат тому, как правильно замаскировывать ожоги и рубцы, как наклеивать ресницы на обгоревшие веки, как накладывать парик или как ухаживать за своими волосами. Девушка хочет показать всему миру то, что макияж делается не только с целью скрыть недостатки. Телеведущая Кэти Пайпер пользуется косметикой ради того, чтобы повысить самооценку. Помимо этого, она говорит о том, что ей не стыдно ходить в общественных местах и вовсе без макияжа.

Возможно, если бы не произошло этой страшной трагедии и Кейт не познакомилась бы с сумасшедшим парнем, она бы не добилась такой большой популярности и уважения у многих людей. Быть может, она бы стала сниматься в каких-либо малоизвестных фильмах или сериалах. Однако благодаря этому случаю Кэти Пайпер стала телеведущей, идеалом для многих людей, переживших катастрофы, пожары и прочее. Она стала героем для всех. Смотря на нее, хочется верить в настоящую красоту, невероятную силу духа, целеустремленность, доброту и настоящую любовь.

источник

Нападение с применением кислоты одна из распространённых и жестоких форм насилия во всём мире. Жертвы такой атаки остаются с изуродованным лицом, которое является жестоким напоминанием о случившемся на протяжении всей жизни. Эти девушки, которых вы увидите в продолжение статьи, были настоящими красавицами, пока на них не было совершенно покушение. Мы не знаем, что может толкнуть человека на такое зверское преступление, но то, что жизнь человека, в которого плеснули кислотой, разделяется на «до» и «после» мы можем сказать наверняка.

Итальянскую модель и финалистку конкурса«Мисс Италия 2007» Джессику Нотаро облил кислотой бывший возлюбленный. После непродолжительного романа девушка решила порвать с молодым человеком,но она и подумать не могла, что он будет способен на такую жестокость. В результате трагедии Джессика получила сильные химические ожоги лица, тела и глаз. Сегодня девушка тратит примерно 800 евро в месяц(около 40 000 рублей) на лекарства, которые помогают ей справиться с болью. Пластическую операцию ей можно будет провести только через год, когда организм немного окрепнет. Недавно Джессика пришла на телешоу, где впервые сняла с лица платок,и обратилась к «злополучному» бывшему: «Я хочу, что ты увидел, что сделал со мной. Это не любовь».

В 2012 году австралийка Дана Вулин стала жертвой чрезмерно ревнивой супруги одного своего знакомого. Заподозрив Дану в «покушении» на любимого супруга, ревнивица облила девушку этиловым спиртом и подожгла. В результате Дана получила ожоги третьей степени на лице и теле, долгое время провела в коме. Австралийка перенесла множество операций и два года проходила в специальной маске — по словам девушки, ее обожженное лицо было настолько уродливо, что она боялась пройти мимо зеркала. Кроме того, на Дане все время был надет своего рода скафандр, скрывавший, в свою очередь, уродство тела. И вот,после долгой и трудной работы над собой, девушка, наконец, сняла маску и показала миру новую себя: пусть и со шрамами, но снова красивую.

Читайте также:  Вижу первую строчку таблицы для зрения

В 2008 году 35-летний Дэнни Линч облил серной кислотой свою девушку — знаменитую модель Кэти Пайпер. В результате девушка получила ожоги третьей степени, лишилась век,половины левого уха и большей части носа. Тяжелейшие травмы были нанесены глазам,рту, языку, пищеводу, кистям, рукам, шее и зоне декольте. Даже врачи, к которым в тот злополучный день доставили Кэти, были в ужасе — по их словам, они никогда не сталкивалась с такими жуткими травмами. За последующие три года Кэти перенесла более 80 операций на внутренних органах, лишь после них девушка смогла нормально есть и пить. Пластические хирурги тоже сделали невозможное — реконструировали лицо модели с помощью синтетической кожи. Сегодня Кэти выглядит очень хорошо, а бывший возлюбленный отбывает пожизненное заключение в одной из британских тюрем.

Ужасная история произошла и с нашей соотечественницей Элеонорой Кондратюк. Победительница конкурсов «Краса Сочи» и «Мисс очарование» стала жертвой отвергнутого поклонника в далеком 1999 году. Девушка возвращалась домой, когда сзади на нее напали и облили концентрированной серной кислотой. Кислота сожгла глаза, дыхательные пути,кожу на лице, шее и плечах. В тяжелейшем состоянии девушку доставили в краевой ожоговый центр, где врачи буквально вытащили Элеонору с того света. Несмотря на более чем 300 проведенных операций, вернуться к нормальной жизни девушке так и не удалось. Элеонора ведет затворнический образ жизни, а если и выходит из дома, то скрывает лицо вуалью. Бывшая модель — частый гость в ожоговых центрах: она много времени проводит с людьми, попавшими в похожие ситуации.

Индианка Лаксми Саа стала жертвой нападения отвергнутого жениха: обиженный возлюбленный облил даму сердца кислотой. На тот момент девушке было всего 15 лет, и,несмотря на то что ее внешность была безнадежно испорчена, Лаксми не отчаялась, стала бороться за свои права и даже сделала карьеру в модельном бизнесе. В этом году Лаксми стала лицом индийской марки одежды Viva N Diva. Рекламная кампания марки называется Face of Courage, а главный ее посыл в том, что красота — это не только внешние данные,но и состояние души. Сама же героиня по сей день активно добивается ограничения продажи кислоты и ужесточения наказаний за подобные преступления.

Решма Куреша — еще одна индианка, пострадавшая от кислоты: когда девушке было 18 лет, она стала жертвой собственного брата. Решма получила сильные ожоги лица и тела,потеряла глаз, но не сдалась и не опустила руки. Сегодня девушка ведет микроблог,в котором выкладывает видео, доказывая, что жертвы не становятся инвалидами, а могут многого добиться. А прошлой осенью во время Недели моды в Нью-Йорке Решма приняла участие в показе коллекции индийского дизайнера Archana Kochhar и стала настоящей звездой подиума. В интервью журналистам модель призналась, что вышла на подиум с одной целью — привлечь внимание к доступности кислоты в Индии. Решма заметила, что в азиатских странах эта проблема имеет глобальные масштабы, а сама она всячески старается изменить в обществе отношение к жертвам таких нападений.

Ширин Мохамади было всего 18 лет, когда отвергнутый жених облил ее кислотой. Девушка лишилась правого глаза и уха, у нее сильно поврежден рот, глубокие ожоги по всему телу. На сегодняшний день Ширин перенесла несколько пластических операций, но тяжелый процесс реабилитации еще не закончен.

источник

Текущая страница: 12 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]

Выстрелила пробка от шампанского. Раздались радостные крики. Вечером того дня, когда был зачитан приговор, я впервые с момента нападения пила спиртное. Холодные колючие пузырьки оставляли во рту металлический привкус. Но скоро по телу разлилось приятное тепло – зря я кривилась, когда глотала шампанское.

И хотя все было уже позади, хотя мы праздновали победу, на которую могли только надеяться, мне оказалось трудно избавиться от мыслей о Дэнни.

А на следующее утро я включила компьютер и просмотрела все новости. Мне хотелось знать, напечатаны ли статьи об этой истории. Нашла. «Два человека были приговорены к пожизненному заключению за нанесение тяжких телесных повреждений с использованием кислоты» – гласил один из заголовков. «Пожизненное заключение для насильника, облившего жертву кислотой» – гласил другой. В статьях Дэнни называли «объевшимся стероидами отморозком». Я жадно читала все, что смогла найти, словно надеясь отыскать ответ на вопрос: «ЗАЧЕМ ОН ЭТО СДЕЛАЛ?»

Поскольку я не присутствовала при оглашении приговора, Уоррен прислал нам стенографическую запись речи судьи (выдержки из обвинительной речи цитировали и в газетных статьях). «У девушки было лицо чистой красоты. А лица ваши, Дэнни Линч и Стефан Сильвестр, – воплощение зла». «Было» – это слово резануло сердце, будто острый нож. Да, у меня было красивое лицо. Теперь его не вернуть.

«Факты этого дела просто шокируют. Вы спланировали и совершили чудовищное преступление. Вы решили разрушить жизнь жертвы, облив ее лицо серной кислотой, только потому, что разгневались на нее, – читала я, глотая слезы. – Жертва получила колоссальные психологические травмы, в результате чего возник серьезный риск развития клинической депрессии, которая могла привести к необратимым изменениям в психике. Однако она, несомненно, отважная девушка. Я уверен, она еще многого добьется в жизни. Ее стремление к справедливости, ее правдивость перед лицом тяжелейшего испытания, выпавшего на ее долю, – яркий пример отваги и силы духа. Она поразила и моих коллег, и меня. Поэтому нам особенно неприятен тот факт, что вы, Дэнни Линч, не выказали ни сожаления, ни раскаяния в содеянном».

Я тоже была не в силах понять. Как мог Дэнни сотворить такое и при этом не испытывать ни жалости, ни вины?! Так жестоко поступить со мной – и не дрогнуть. Неужели у него совсем нет совести? Нет души?

Еще труднее мне было читать отчет о его криминальном прошлом. Полицейские не имели права доносить до нас эти сведения прежде. Теперь же передо мной лежали листки с описанием всех его злодеяний. Против него выдвигался целый ряд обвинений. В 1997 году его приговорили к четырем с половиной годам тюрьмы за то, что он плеснул кипятком в лицо какого-то человека. Надо же, совпадение! Только на этот раз он решил, что кипяток – слишком мало для меня.

За что, Дэнни? – думала я. – Почему кислотой? Если ты хотел испортить мою внешность, хватило бы и простого кипятка. Но ты лишил меня зрения, искалечил внутренние органы!

Однако это было не все. В 2007 году он ворвался в дом к какой-то женщине и изнасиловал ее. Значит, он не врал мне там, в номере гостиницы, когда хвастался своими прежними «подвигами»? Выходит, есть, по крайней мере, еще одна женщина, которая знает, каково это – быть полностью в его власти. Судья прав: Дэнни способен на тягчайшие преступления.

У Стефана за плечами тоже были обвинения в применении насилия.

На меня вдруг навалилась такая усталость! Мне, наверное, никогда не понять, как работает мозг таких людей. Как могли их души стать средоточием ненависти? Как можно с такой легкостью калечить жизнь другого человека?

Я выключила компьютер и решила больше никогда не читать эти статьи. Это все равно, что ковырять рану. Я должна оставить ее в покое, иначе она никогда не заживет.

Через несколько дней папа заглянул ко мне в комнату и предложил:

Я посмотрела на него, как на сумасшедшего.

Папа, однако, так просто не сдался.

– На меня будут таращиться, – пробормотала я. Что за глупый вопрос! Разве и так не ясно?

– Ну и что? Это их проблемы. Решайся, Кэти, это пойдет тебе на пользу. Ведь иначе ты никогда не сможешь с этим справиться.

Пойдет мне на пользу? Это Франция идет мне на пользу – там на меня никто не обращает внимания. Но здесь, в родном городке, я… «Ну, та, дочка Пайперов, которая раньше была красоткой, а потом ее изнасиловал и изуродовал ее бывший парень. Бедняжка!»

Так что поход в местный паб точно не попадал в категорию «пойдет на пользу».

– Ты имеешь полное право прогуляться туда, – настаивал папа.

Я вздохнула. Мне действительно было невыносимо скучно торчать дома, пялясь в телевизор. Если я просмотрю еще хоть одну серию «Алана Партриджа», я взвою. Трубку из желудка мне уже удалили, я значительно лучше себя чувствовала. Может, папа прав и мне пора выйти «в свет»?

– Ну давай, – вздохнула я, решившись. Водрузила на голову огромную шляпу, на шею намотала шарф, как у Джоан Коллинз в «Династии», и спустилась вниз, где меня уже ждали папа с мамой.

– Если мне там не понравится, мы сразу же вернемся домой, – настаивала я, пока мы спускались с холма, на котором стоит наш дом. Каждый раз, когда мимо проезжала машина, я представляла себе, что люди из жалости сигналят мне: «А, это та девушка, которую облили кислотой! Какой кошмар! Она была такой хорошенькой, а теперь – только посмотрите на нее!»

Когда мы подошли к пабу, я успела накрутить себя до предела.

– Идите сначала вдвоем, найдите нам столик. Я не хочу заходить и топтаться там посреди зала, чтоб все на меня глазели.

Родители вошли внутрь, потом помахали мне рукой, и я шмыгнула следом. Папа заказал выпивку. Я потягивала водку с содовой и соком лайма и делала вид, будто я обычная девчонка, такая же, как все, просто пришла пропустить стаканчик с родителями. Конечно, мне по-прежнему не нравилось, когда кто-нибудь смотрел на меня. Но я понимала, что должна привыкнуть к этому. С этим ничего не поделать.

Может, именно потому, что все знали о происшедшем со мной, нас никто не беспокоил. И пока мы брели назад к дому, я была рада, что решилась. Поэтому, когда моя подруга Кэй предложила организовать небольшую вечеринку в честь завершения судебного процесса, я не спешила категорически отвергать эту идею.

– Я не знаю… – задумчиво протянула я. – Идея хорошая. Но Лондон… Там я чувствую себя неуютно.

– Понимаю. Но мы можем пойти в какое-нибудь хорошее местечко, в котором ты раньше не бывала. Тут, в южной части Лондона, неподалеку от моего дома, есть уютный бар. У них наверху отдельный зал, который можно снять для частной вечеринки. Это место прекрасно подойдет.

Я задумалась. Поход в местный паб в родном городке – это одно. А то, что предлагала Кэй, – совсем иное. Дэнни и Стефан оба из Лондона. Их семьи, друзья все еще живут там. Именно там меня изнасиловали и изуродовали. Этот город такой огромный, такой опасный и совершенно непредсказуемый. С другой стороны, как здорово будет увидеть всех друзей! Я смогу пригласить мистера Джавада, людей, которые мне помогали, своих бывших соседей. Я смогу поблагодарить всех, кто помог мне выжить. Конечно, будет очень страшно. Но я должна двигаться вперед, должна как-то строить свою жизнь дальше. Поэтому я с благодарностью согласилась на предложение Кэй, и та принялась за дело.

Как и на вечеринке по поводу дня рождения, мне хотелось выглядеть как можно лучше. Поэтому Сьюзи предложила отправиться на поиски платья. Я не ходила по магазинам со времени той трагедии – походы с мамой за покупками не в счет, они, скорее, были просто поводом вытянуть меня из дому, тем более что я почти всегда отказывалась. Но, заглянув к себе в душу, я почувствовала решимость, потому на этот раз согласилась. И даже отважилась снять неизменные шляпу и шарф по дороге в торговый центр вместе со съемочной группой, которая по-прежнему снимала документальный фильм обо мне.

Когда мы со Сьюзи ходили по магазину, многие обращали на меня внимание. Покупатели пялились на мое лицо, рассматривали маску и шрамы. Какие-то подростки толкали друг друга локтями, потом один из них показал на меня пальцем. «Видели ту девчонку?» – потрясенно сказал он. Это было ужасно.

– Ненавижу, когда мальчишки так себя ведут, – прошептала я Сьюзи еле слышно.

– Притворись, что их здесь нет, – ответила та. Как я благодарна своей сестре! Я была старшей и всегда присматривала за ней. Но теперь наши роли поменялись. Теперь она взрослая, и именно она заботится обо мне.

– Зайдем? – предложила сестра, указывая на магазин «Карен Миллен». Мы ходили вдоль стоек, ахая и замирая над роскошными платьями. Я прикидывала, чего бы мне хотелось. Наверное, что-нибудь стильное, но не сексуальное. Чтобы по фигуре, но не слишком облегающее. Мне хотелось чувствовать себя привлекательной, чтобы все одобрительно смотрели на меня, но при этом ни один мужчина не захотел меня изнасиловать. Также не хотелось выглядеть смешно: мерзкая образина в ультрамодном платье. Сложная задача. Меня просто раздирали противоречивые желания.

И тут я заметила великолепное черно-белое платье и восторженно взвизгнула: «Потрясающее платье! Я должна его примерить!» – и тут же кинулась за ширму.

– Идеально, – сказала Сьюзи, когда я вышла из кабинки и покрутилась перед ней. Роскошное и утонченное, с приподнятыми рукавами и овальным вырезом. Как раз то, что нужно.

Мы расплатились за платье.

– Не могу поверить, что хожу тут в маске – и без шляпы, – усмехнувшись, призналась я сестре, потом повернулась и обняла ее. Я была так ей благодарна!

Потом мы решили купить жидкость для снятия лака. И вдруг моя решимость покинула меня. Как я могу войти в один из этих шикарных отделов косметики? Там холеные, ухоженные продавщицы с их идеальными прическами. И вдруг я. Они наверняка ничего подобного в жизни не видели!

– Я не могу, Сьюзи! – Голос предательски дрожал. Я поняла, что теряю самообладание.

– Тебе никто не запрещает пользоваться косметикой! – возразила сестра.

Но я была уверена, что они только взглянут на меня и сразу подумают: «Зачем ей это? Такое лицо никакая косметика не спасет». Поэтому я осталась ждать снаружи, пока Сьюзи покупала то, что нам нужно. Меня так смутила собственная слабость, так расстроила нерешительность!

– Не дури. Ты прекрасно справилась! – настаивала Сьюзи и была права. Я выдержала встречу с внешним миром – в маске, без шляпы. И даже отважилась зайти в три магазина!

Мы вернулись домой в приподнятом настроении. Я одолела новую веху на долгом пути и не могла скрыть счастливой улыбки, когда дефилировала перед мамой, показывая платье.

– Прекрасно, – одобрительно кивнула мама, и я еще шире заулыбалась. Я уже не надеялась, что когда-нибудь это слово будет снова произнесено применительно ко мне.

А через пять дней мы все поехали в Лондон на вечеринку. Чтобы не возвращаться поздно вечером домой, мы поселились в гостинице. Когда я вошла в номер, меня охватила дрожь. Но сейчас это было предвкушение, а не страх.

Читайте также:  Ничто так не мешает видеть как точка зрения эссе

– Девочки, я вас тут оставлю и спущусь в бар, – сказал папа. Он выглядел настоящим щеголем в нарядной голубой сорочке.

– Кто хочет выпить? – со смехом спросила Сьюзи, открывая бутылку вина. Весело болтая, мы начали готовиться к вечеринке, как в старые добрые времена. Накрутив волосы на бигуди, я старательно наносила маскирующий макияж. Сегодня вечером я решила устроить своей маске выходной, поэтому нанесла на кожу толстый слой основы, а сверху слой пудры, которая выровняла цвет лица и скрыла шрамы. Потом наклеила ресницы, нарисовала брови. Чуть помады, капля духов, хотя по-прежнему из-за своих искалеченных ноздрей я не чувствовала запахов. Под конец я старательно взбила волосы, чтобы они свободными волнами легли вокруг лица. Скользнула в шикарное платье и уставилась в зеркало, чтобы увидеть результат своих усилий.

Ну что ж, ты сделала все, что можно из того, что было, – подумала я, стараясь не обращать внимания на незрячий глаз, бесформенное ухо и безобразные шрамы на груди. Я вспомнила фотографии других жертв нападения с применением кислоты. У них вообще лица не было. Мне повезло – я получаю самое современное лечение. И теперь выгляжу намного лучше. И потом, есть много людей – среди них мистер Джавад, мои родные, друзья, – для которых моя внешность не имеет значения. Они любят меня не за личико – и я тоже учусь ценить свои душевные качества.

– Я чувствую себя почти как прежде, – с восторгом смеялась я, когда мы со Сьюзи спустились вниз, где нас уже ждали родители.

– Ух ты! – восхищенно восклицала мама, когда я крутилась перед ней, давая возможность рассмотреть себя со всех сторон.

Пока мы ехали в такси к тому кафе, в котором должна была состояться вечеринка, мне в голову лезли всякие ужасы: там может возникнуть драка, или кто-то случайно уронит сигарету, и начнется пожар. А вдруг на меня нападут, изобьют или изнасилуют?

Ничего такого не случится! – одернула я саму себя. – Не позволяй страху одержать над тобой верх!

Такси подъехало к кафе. Я вышла – и вздрогнула: с двух сторон от входной двери горели факелы. Оранжево-красные языки пламени взвивались вверх. Я готова была расплакаться.

– Я не могу пройти! – взвыла я. – Что, если они рухнут на меня? Или какая-нибудь искра попадет на одежду – я загорюсь! Платье моментально вспыхнет!

– Ничего не бойся, – успокоила меня мама. – Идем!

Я глубоко вдохнула и двинулась по направлению к огню – огню, который мог уничтожить весь труд мистера Джавада по восстановлению моего лица. Чем ближе я подходила, тем сильнее колотилось сердце. Я еле двигалась. И уже слышно было шипение пламени. Пожалуйста, не обожги меня! – мысленно взмолилась я. Еще несколько шагов – и я уже чувствовала жар на обнаженных руках, на лице. Но не остановилась.

– Ты сделала это! – радостно воскликнула Сьюзи, и я поняла, что уже зашла внутрь.

– И правда! – рассмеялась я, взбираясь по винтовой лестнице наверх, в зал, который арендовала Кэй.

Там уже были Марти и еще несколько моих друзей. Их лица сияли, когда они увидели меня.

– Прекрасно выглядишь! Такая нарядная! – говорили они наперебой. Мистер Джавад с супругой, мои бывшие соседи, двоюродные сестры… Все были в приподнятом настроении, и даже горящие свечи, украшавшие стол, не сильно испугали меня, хотя я все-таки задула несколько штук, пока никто не видел.

Мистер Джавад налил всем шампанского, и я произнесла речь, которую приготовила заранее.

– У меня потрясающая семья, которую я очень люблю. Родители – мои лучшие друзья, они неустанно помогают мне, а Сьюзи в это тяжелое для нас время вынуждена была стать мне старшей сестрой. Но теперь я возвращаюсь. Я хочу выразить признательность офицерам из Управления столичной полиции, благодаря которым добилась справедливого суда. Спасибо этим людям за то, что я смогу жить дальше, не опасаясь за свою жизнь. Хочу поблагодарить человека, который дал мне надежду на будущее. Во время судебного слушания его справедливо назвали гением медицины. – Голос мой дрогнул, когда я повернулась к своему герою. – Спасибо вам, мистер Джавад! Вы всегда верили в меня и заставили тоже поверить в себя.

– За Кэти! – закричали все хором. Это был невероятный момент. Год назад я была готова покончить с собой. Я думала, что выброшусь из машины по дороге из больницы домой. А в следующие месяцы я ни на шаг не продвигалась, сомневаясь, стоит ли мне вообще жить. А теперь я смеюсь, болтаю с друзьями, меня окружают любящие люди, которые мне дороги.

Дальше помню все, как в волшебном тумане: мистер Джавад фотографировал меня на камеру в телефоне, чтобы показать мои успехи хирургам, которые тоже трудились над моим лицом. Я позировала перед камерой в компании моих бывших соседей по квартире. Мама со слезами рассказывала всем, какая я замечательная дочь.

Все как-то слишком быстро закончилось, мы, взбудораженные, возвращались в отель. Остановились где-то, чтобы купить чипсов. И тот факт, что я не могла их есть, не имел никакого значения. Мы со Сьюзи вернулись в свой номер и еще долго лежали, болтая о том о сем. Вечер прошел просто восхитительно. И я знала, что он ознаменовал начало нового этапа в моей жизни. Я была готова двигаться дальше. Вперед и вверх. Будет нелегко, но теперь наконец я полностью готова.

Я сидела в глубокой задумчивости, нехотя ковыряла шоколадный кекс и вздыхала.

– В чем дело, дорогая? – спросила Рита. Мы как раз сидели у нее на кухне. Я пожала плечами.

– Просто иногда я думаю… что в меня теперь не влюбится ни один мужчина, – пробормотала я, чувствуя себя очень глупо. Рита – мама моей подружки, но мне было легче разговаривать о таких вещах с ней, чем с кем-либо из сверстников.

– Не глупи! – фыркнула она. – Ты прекрасный человек, и если мужчина не видит этого, то не стоит того, чтобы иметь с ним дело.

– Я бы, например, согласилась встречаться с парнем, у которого шрамы от ожогов. Я понимаю, что важна не внешность, а то, что за ней скрывается. Но не знаю, что думают по этому поводу парни, – печально сказала я.

Прошло несколько недель после той знаменательной вечеринки в Лондоне, и я все пыталась найти способ снова начать жить, как обычная девушка. Теперь, когда судебный процесс окончился, с души словно свалился огромный камень, исчезла та невыносимая тяжесть. Да, я по-прежнему подскакивала каждый раз, когда звонили в дверь, и часто просыпалась по ночам от собственного крика: мне снова и снова снился Дэнни. Я по-прежнему пугалась, когда ко мне на улице приближался какой-нибудь молодой человек, и все еще не могла выходить из дома одна. Но я жаждала стать нормальной.

– Все у тебя еще впереди, – улыбнулась Рита.

Мне очень хотелось ей верить. Если не считать бесконечные поездки в больницу и редкие походы в местный бар с родителями, дни мои были скучными и однообразными. Даже съемки документального фильма уже закончились. Мне хотелось каких-то романтических отношений, хотя я не знала, готова ли к ним, и сомневалась, что вообще могу кому-то понравиться. Мне хотелось найти работу, хотя я не представляла, что могу делать. Хотелось жить.

– Я просто не знаю, куда податься, – сказала я однажды маме, когда мы были в больнице на очередной процедуре по расширению пищевода.

– А как насчет учебы? Ты могла бы вернуться в колледж и прослушать какой-нибудь курс, – предложила она. Но что изучать? Я не особенно люблю учиться. А студенческий городок с кучей странных парней вокруг перепугает меня до смерти.

Шли недели. Я все думала, чем могу заняться. Все мои прежние мечты казались теперь такими мелкими, банальными. Мне хотелось помогать людям, как мистер Джавад. Но как? Не так давно я сделала себе тату бровей. И подумала, может, я смогу стать мастером перманентного макияжа? Но потом вспомнила о своих дрожащих руках и плохом зрении – я ведь не буду видеть, что делаю. Также была идея о том, что можно помогать женщинам, которые потеряли волосы вследствие химиотерапии. А может, я смогу заниматься благотворительностью, помогая людям, пострадавшим от ожогов?

Но все по порядку. Не научившись ходить, не побежишь. Мне предстояло преодолеть еще много преград. Например, заново научиться самой ходить по улицам. «Ты же делала это во Франции, – уговаривала я себя, – сможешь и здесь!»

И вот однажды я решила, что с меня хватит. Нужно брать быка за рога.

– Я иду с Барклаем в магазин, – храбро заявила я маме, хотя в душе дрожала от страха.

– Правда? Отлично! – поддержала та, вручая мне поводок.

Мучительное беспокойство, паника, откровенный ужас охватили меня, когда я открыла входную дверь и вышла за порог. Мама помахала мне рукой. Ее глаза светились гордостью – и тревогой. Я робко миновала калитку и двинулась вдоль по улице.

Хоть бы со мной никто не заговорил! – молилась я, когда Барклай останавливался, чтобы пометить территорию. – Только бы никто не напал на меня, не обидел! Прошу тебя, Господи! Тело напряглось, во рту пересохло, горло саднило, словно оно было поцарапано наждаком. Я постоянно оглядывалась, чтобы убедиться – за мной никто не идет.

До магазина всего пять минут ходу, но мне они показались вечностью. И когда я наконец дошла до него, то шепотом возблагодарила Бога. Я привязала Барклая к поручню снаружи, скользнула внутрь, купила несколько журналов и поспешила выйти на улицу. Теперь домой, в безопасное место…

– Простите, пожалуйста, – послышался вдруг мужской голос. Сердце бешено стучало, тело охватила дрожь. Что ему нужно? Что он со мной сделает? Оставьте меня в покое!

– Вы не подскажете, как пройти на железнодорожную станцию? – спросил мужчина. Но я лишь низко наклонила голову и припустила вверх по улице, домой. Именно в тот момент, когда мне отчаянно хотелось, чтобы меня оставили в покое, кому-то понадобилось заговорить со мной! Прямо боевое крещение какое-то! Но чем ближе я подходила к дому, тем лучше становилось настроение. Я справилась!

– Молодчина! – мама, сияя, встретила меня в дверях. Мы улыбались, глядя друг на друга, а Барклай крутился у наших ног и радостно лаял.

Воодушевленная моим успехом, мама спросила меня, не буду ли я возражать, если она вернется на работу – всего на два дня в неделю. Это означало, что утром я на несколько часов буду оставаться дома одна, до того времени, пока папа не придет из своей парикмахерской на обед. Я была готова к этому.

– Ты уверена? – спросила мама. – Если хочешь, я могу уволиться. И буду с тобой все время.

– Спасибо, мам. Я же все равно не встаю до обеда. Так что даже не замечу, что тебя нет, – уверяла я. И это было правдой. Я прекрасно справилась.

Чуть позже я начала встречаться со своими подругами – Сэм, Ники и Дейзи. Мы ходили в местное кафе или заглядывали в паб пропустить по стаканчику. Мне было достаточно таких походов, чтобы укрепиться в мысли – когда-нибудь я смогу заново собрать мою жизнь воедино. Как головоломка, кусочек за кусочком, фрагмент за фрагментом она соединялась в цельную картинку.

В пятницу вечером, где-то в конце июня, мы всей компанией пошли выпить. Я нарядилась в леггинсы из мокрого трикотажа и красивый зеленый топ. Маску решила не надевать, а вместо этого нанесла маскирующий макияж. Мне по-прежнему было неприятно, когда кто-нибудь смотрел на меня. Но приглушенный свет пивной помог скрыть смущение. Как и несколько глотков спиртного.

– Что-то я опьянела, – икая, сообщила я Сэм, и мы рассмеялись.

А спустя полчаса – я сидела у стойки – какой-то парень повернулся ко мне.

– Привет, как дела? – с улыбкой поинтересовался он. – Тебе тут нравится?

– Да, – усмехнулась я, глядя на симпатичное лицо, теплые карие глаза. И вдруг вспомнила, как выгляжу. Он, наверное, говорит со мной из вежливости или из жалости.

– Меня зовут Джонатан, – он протянул мне руку. – Ты живешь где-то поблизости?

– Я Кэти, – ответила я. – Да, я живу тут с родителями.

Следующие полчаса мы болтали так, словно давно знали друг друга. Джонатан рассказал, что живет в соседней деревне и работает консультантом по подбору кадров. Я уклонялась от ответов на вопросы, чем занимаюсь и почему живу с родителями. Я ни на секунду не допускала, что понравилась ему. До тех пор, пока он вдруг не наклонился и не поцеловал меня.

О Боже! – подумала я, когда его губы коснулись моих. Меня поцеловал мужчина! Впервые после изнасилования. После того, как мое лицо было обезображено, а жизнь – разрушена. Я ждала, что во мне вспыхнет воспоминание о Дэнни. Но ничего такого не произошло. Мягкие губы Джонатана прижаты к моим губам. Его теплая рука на моем плече.

Я на самом деле целуюсь с парнем! И он такой классный! – потрясенно думала я. Когда Джонатан выпрямился, на моем лице появилась мечтательная улыбка.

– Дашь мне свой номер телефона? Мне бы хотелось снова с тобой встретиться.

Я продиктовала номер, и он записал его в память своего телефона. Потом он ушел.

– Поверить не могу! – твердила я Сэм, когда мы возвращались домой.

– Это здорово! Он такой милый, – вторила подруга. Но я лишь пожимала плечами. Часть меня была очень рада, что это произошло. Ведь я искренне считала, что ни один мужчина не захочет поцеловать меня и чем больше времени пройдет, тем сложнее все будет. Но другая – все отвергала. Было темно, парень выпил. Он, вероятно, не представляет, как я выгляжу на самом деле. А если бы увидел, не приблизился и на пушечный выстрел. Чтобы не разочаровываться, не буду питать пустых надежд.

Не нужно было давать ему свой номер телефона! – внезапно я рассердилась на себя. – Откуда мне знать? Вдруг он убийца? Конечно, Джонатан показался милым. Но Дэнни тоже когда-то очаровал меня. Нужно немедленно выбросить это из головы! Радоваться, что это произошло, но не строить иллюзий. Как и многое другое в моей новой жизни, это событие не было однозначно белым или черным. Его окутывал плотный туман моих страхов и желаний.

На следующий день, когда я снова была в гостях у Риты, мне пришло сообщение: Привет, Кэти! Это Джонатан. Ты не против встретиться у реки, сходить куда-нибудь выпить? Я уставилась на экран телефона и вдруг разрыдалась.

Читайте также:  Портит ли зрение чтение при плохом освещении

– Что случилось? – воскликнула Рита.

– Я познакомилась с парнем. Он мне понравился. И только что пригласил меня на свидание.

– Но это же прекрасно! Значит, ты ему тоже понравилась.

– Поверь мне, это не так! Он, наверное, даже не помнит, что я вся в ожогах. Если он увидит меня при свете дня, то развернется и уйдет. Что же мне делать?

– Иди на свидание! Если ты ему не понравишься, ему же хуже.

Так просто! Но я так не могла.

Я бы с удовольствием, Джонатан, но не могу – семейный обед, – ответила я.

Однако парень так просто не сдался. Он позвонил через неделю. Когда я увидела на экране телефона его имя, то помчалась наверх, в свою комнату, как подросток. Потом попыталась успокоиться, отдышаться. Нажала кнопку приема и произнесла: «Алло?»

– Привет, Кэти! Чем ты занята? – спросил он. Я не знала, что сказать. У меня в планах не было ничего, кроме посещения больницы, но не могла же я ему об этом сообщить. Так же, как не могла сказать: «Ну, знаешь, сейчас я стараюсь побороть свою агорафобию[8] 8
Боязнь открытого пространства.

[Закрыть] .Но большую часть времени сижу дома, и родители массируют мне кожу, которую мой бывший парень-психопат сжег кислотой вскоре после того, как изнасиловал меня».

– Да так, знаешь, то одно, то другое, – выдохнула я. – А ты?

После этого мы стали иногда общаться по телефону – раз в несколько дней. Говорили о его работе, о погоде, о последних новостях. Джонатан был очень милым, веселым и, похоже, не собирался оставлять меня в покое. «Нам нужно как-нибудь встретиться», – повторял он. И я каждый раз соглашалась, хотя при одной мысли об этом у меня все внутренности скручивало от страха. Может, лучше держать дистанцию? Но тогда он потеряет всякий интерес – ему же не нужна виртуальная подружка. И потом, мне и самой хотелось снова увидеть его.

– Что мне делать? – в растерянности спрашивала я себя.

Через несколько недель я наконец сдалась и согласилась встретиться с Джонатаном в баре. Я стеснялась рассказывать об этом маме с папой – вдруг все пойдет не так! И, кроме того, я столько времени чувствовала себя маленькой девочкой, что теперь мне отчаянно хотелось своей собственной жизни. Поэтому я пошла к Рите, чтобы подготовиться к свиданию – вместе с Сэм и другими девушками.

– Вы пойдете со мной в паб? – упрашивала я, надевая черно-белое платье, которое купила для своего вечера в Лондоне.

– Ну, не можем же мы явиться всей компанией на твое свидание! – возразила Сэм.

– Я просто боюсь встречаться с ним один на один. Вы можете зайти в бар и убедиться, что он уже там. Мы притворимся, что незнакомы, и я смогу отправить тебе сообщение, если что-то пойдет не так. Пожалуйста! Мне будет легче, если я буду знать, что вы поблизости.

– Ладно, ладно, – согласилась Сэм. Я сняла маску и начала наносить маскирующий макияж. Это ведь тоже своего рода маска, – с грустью подумала я. Но должна же я скрыть эти шрамы! По крайней мере там будет темно.

Мы подошли к бару все вместе, потом девочки исчезли внутри. Я глубоко вздохнула, сосчитала до десяти и нырнула следом. Я не смотрела в их сторону, чтобы не начать нервно хихикать от волнения. Просто спустилась вниз, где уже ждал Джонатан.

– Привет, Кэти! Прекрасно выглядишь! – Он широко улыбнулся, и я села напротив него. – Что будешь пить?

– Водка, сок лайма и содовая, пожалуйста, – улыбнулась я в ответ, стараясь успокоиться. Это же просто свидание. Я ходила на них уже тысячу раз. Всего лишь свидание! Все в порядке.

Джонатан вернулся с коктейлем как раз в тот момент, когда пискнул мой телефон. Это было сообщение от Сэм: Как он?

Славный, – набрала я ответ. Потом заметила, что Сэм с девочками спускаются вниз. Они сели ближе к нам. Что они делают? Если они будут на меня пялиться, я начну смеяться. Соберись, Кэти! – велела я себе.

– Я должна тебе кое в чем признаться. Здесь собрались все мои подружки, – смущенно улыбнулась я.

– Да я узнал их! – рассмеялся Джонатан, и я немного расслабилась. Слава Богу, он не спросил меня, с чего это я решила привести их с собой. Мы болтали о той поре, когда учились в колледже. Спустя какое-то время я, стараясь ни о чем не думать, повернулась к Джонатану.

– Есть еще кое-что, о чем я хочу тебе сказать. Мой бывший парень подговорил своего друга плеснуть мне в лицо кислотой, – выпалила я.

Он растерянно заморгал. Повисла тяжелая тишина. Потом он покачал головой.

– Это ужасно! Прости, мне очень жаль, – мягко произнес он.

– Я совсем недолго встречалась с ним. А еще… он… он изнасиловал меня.

Что я несу?! Замолчи, Кэти! – кричало все внутри. Не следует говорить все это на первом свидании. Но я не могла остановиться. Словно внутри открыли кран, и слова хлынули из меня.

– А потом он велел своему другу облить меня кислотой прямо на улице. Это случилось почти восемнадцать месяцев назад, так что я пока только восстанавливаюсь. Я прохожу лечение здесь и во Франции.

– Ну… Я не знаю, что сказать, – запинаясь, произнес Джонатан. – Мне очень жаль. Это ужасно, Кэти.

– Ничего. Я просто подумала, что должна тебе сказать, – в душе проклиная себя, неуклюже закончила я и залпом допила коктейль. Наверное, сейчас он встанет и уйдет – и я его больше никогда не увижу. Ну какой парень захочет возиться со всем этим?

Но Джонатан не встал и не ушел. Он ласково улыбнулся мне и спросил, не хочу ли я еще выпить. Я посмотрела на пустой бокал и кивнула. Моя история его не оттолкнула. И мне стало легче оттого, что я все ему рассказала. Он еще не знает о маске. Но я смогу справиться и с этим, когда настанет время. А пока можно расслабиться.

источник

Прекрасно, если вы довольны вашим телом, а если нет. Программа «Работа над ошибками» Наглядно покажет, на что готовы пойти участники, чтобы вернуть своего тело в то состояние, которое дала им мать природа. А Кэти Пайпер поможет им в этом нелегком деле!

Я подсела на канал TLC. Там идут передачи исключительно про жизнь и исключительно американские. Документальные. Никаких развлекательных там нет. К сожалению, получается его смотреть только перед сном. Но и перед сном там показывают много всего интересного. «Я вешу 300 кг», «Аномалии тела», «Я стесняюсь своего тела», «Работа над ошибками с Кэти Пайпер» и много другое. Все их я смотрю с большим удовольствием.

Про последнюю передачу, а именно про «Работа над ошибками с Кэти Пайпер» я хотела бы рассказать вам подробнее. Эта передача, я считаю, будет актуальна во все времена. В основном она касается подростков, которые под веянием моды, под влиянием друзей или что бы просто выделиться делают со своим телом невероятное. А потом через много лет жалеют о своей бурной молодости и стараются предостеречь новое поколение от таких же ошибок, рассказывая и показывая на собственном примере.

Ведущая проекта — Кэти Пайпер. Британская журналистка, модель. 32 года. Имеет прекрасную дочку. Очень хорошая, интересная девушка. На нее приятно смотреть. Мне она нравится.

Мало кто знает, но с этой замечательной девушкой произошла самая настоящая трагедия в 2008 году.

Кэти познакомилась с парнем по интернету. Месяц любовной переписки, парень заваливал её подарками, сообщениями в сетях. Кэти даже стала уставать от такого внимания. Тогда Кэти решила расстаться с ним. Парень пригласил её в кафе, чтобы в последний раз провести вечер с ней. Подарил шикарный букет роз и после кафе пригласил к себе домой. Кэти согласилась.

Как только дверь его дома закрылась, парня как будто подменили. Он стал зверем. Он до полусмерти избил Кэти и изнасиловал. Она чудом выбралась из его дома живой.

Через некоторое время, она встречает возле её дома бомжа с протянутой кружкой. Она уже хотела бросить в кружку мелочь, как бомж выплеснул содержимое кружи Кэти в лицо. Это была серная кислота.

Позднее выяснилось, что этот парень был специально подговорен её недавним другом по переписке.

ДЕВУШКИ БУДЬТЕ ПРЕДЕЛЬНО ОСТОРОЖНЫ, ЗНАКОМЯСЬ С КЕМ-ЛИБО НА САЙТАХ ЗНАКОМСТВ.

Вы можете найти любого от афериста до маньяка. И тогда вас спасет только чудо.

Кэти решила стать ведущей это передачи. На вопрос почему? она ответила:

6 лет назад меня облили кислотой. Я перенесла более 200 операций, чтобы избавиться от последствий этого нападения. Я была слепой. Моя роговица была сожжена кислотой. Мне сделали более 70 операций на глаза. Поэтому я заинтересовалась людьми, которые меняют внешность по собственной воле.

Передача длится час, включая рекламы. Каждый выпуск посвящен чему-то одному. Тату, пирсинг, пластические операции и т.д.

Татуировки, о которых пожалели люди

Что в переводе означает «Япошка». Согласитесь, невесело, обидно.

Тату во всю грудь с розами и замком.

Но в каждом выпуске на 100 сожалеющих найдется 1000 жаждующих сделать тату.

Ну и к чему я тут городила всё это?

А к тому, дорогие мои, что самая лучшая красота — естественная. Натуральная. Вы себя никогда не сделаете лучше, чем вас создала природа.

Я не противник всех способ изменения своего тела, но я считаю,что это должно быть в меру!

Если тату, то маленькая и которую можно скрыть под одеждой, если грудь, то максимально натуральная.

Я искренне рада за людей, которые действительно хорошо изменили тело. Они довольны. Они счастливы.

Но также много людей которые не понимают, где была их голова, когда они совершали то или иное действие.

Я так же рада, что они одумались и хотят встать на путь истинный.

Ведь удаление ( к примеру лазерное удаление тату) и больнее, и дороже и дольше чем сама набивка татуировки. А ведь и не всегда удалится татуировка полностью!

Так что, думайте, думайте и еще раз думайте.

источник

Кто и почему отнял у красавиц то, что дано им природой? И главное — смогли ли они после долгого лечения вернуться к нормальной жизни? Teleprogramma.pro вспоминает пять историй моделей, телеведущих и простых девушек, ставших жертвами чужой жестокости.

Джессика Нотаро до и после трагедии. Фото: Globallook

Финалистка конкурса «Мисс Италия — 2007» пострадала от рук бывшего возлюбленного. Расставание с красавицей лишило Эдсона Тавареса разума: мужчина стал преследовать модель, после чего решился на крайний шаг — плеснул ей в лицо кислотой. «Пока кислота разъедала мое лицо и тело, я на коленях просила Бога лишить меня красоты, но сохранить мне зрение», — вспоминала позднее Нотаро (Gessica Notaro) в студии шоу, где впервые продемонстрировала изувеченное лицо. «Я хочу, чтобы ты увидел, что сделал со мной. Это не любовь», — обратилась девушка к экс-бойфренду, сняв платок.

Спустя пять месяцев после трагедии Джессика вернулась к работе в дельфинарии города Римини, где она тренировала морских львов, — карьеру модели пришлось оставить из-за рубцов, появившихся на коже девушки. И все же на сцену Нотаро выходит: весной она приняла участие в итальянской версии шоу «Танцы со звездами».

Джессика Нотаро. Фото: Globallook

Свою историю участница конкурса «Мисс Сочи — 98» откровенно рассказала в книге «Я выбираю жизнь» — только спустя 19 лет после трагедии. Жизнь белокурой красавицы разделилась на «до» и «после» 2 сентября 1999-го года. 19-летняя Эля шла к морю, чтобы встретиться с подругой, когда на нее напали со спины, резко дернули за волосы и вылили на лицо что-то обжигающее. Элеонора смогла добежать до школы, где ей оказали первую помощь, и сразу же направили в краевой ожоговый центр в Краснодаре — настолько серьезными были повреждения. Врачи диагностировали ожоги четвертой степени и разводили руками: шансов на выживание практически не было.

Но Кондратюк выжила. И узнала, кто лишил ее беззаботной юности и красоты — заказчиком нападения оказался возрастной поклонник, которому девушка отказала в близости. Мужчина, отсидевший 11 лет, уже вышел из тюрьмы и вернулся к прежней жизни — увы, того же нельзя сказать про Элеонору. За почти 200 операций ей пересадили волосы, кожу, восстановили нос, но не сумели вернуть зрение. «Последнее, что я увидела, — чистое, ярко-синее, невероятно красивое небо», — вспоминает экс-модель в своей биографии. В книге, которой ставит точку в своем тяжелом прошлом.

Элеонора Кондратюк в 19 лет и после 200 операций. Фото: kp.ru

Карьера, успех в качестве телеведущей, фотосессии в модных журналах — всего этого британская журналистка лишилась после знакомства с Дэниелом Линчем. Спортивный мужчина очаровал блондинку, Пайпер (Katie Piper) и подумать не могла, какими мучениями завершится для нее короткий роман. Через две недели после знакомства Дэниел избил и изнасиловал девушку, пригрозив расправой, если та обратится в полицию. Запуганная Кэти ничего предпринимать не стала — и даже простила мужчину, согласившись на еще одну встречу с ним. Свидание оказалось ловушкой: сообщник Линча напал на красавицу, облив ее кислотой.

Пайпер почти две недели провела в коме, похудела до 40 килограммов, практически лишилась век и носа — вещество разъело кожу до костей. Хирурги сделали невозможное: спасли не только жизнь Кэти, но и ее лицо, пересадив искусственную кожу — пострадавшая перенесла десятки операций. И с годами сумела вернуться к активной жизни. Сейчас Кэти Пайпер — модель, благотворительный деятель, автор нескольких книг. А самое главное — счастливая жена и мама.

«Дэнни просто больной человек, — вспоминает блондинка о трагедии. — Возможно, он лишил меня того, что я раньше считала крайне важным, но мне, как ни странно, это пошло на пользу. Теперь я больше, чем прежде, люблю жизнь и верю, что у меня прекрасное будущее. Это самое главное».

В 25 лет австралийка стала жертвой ревности — не мужской, а женской. На одной из вечеринок знакомой Даны показалось, что блондинка флиртует с ее мужем, и Натали решила проучить «конкурентку». Ревнивица пришла к Вулин домой, облила девушку спиртом и подожгла. Дана получила ожоги третьей степени, ее кожа оказалась поражена на 65 % — спасение пациентки стоило врачам огромных усилий.

Два с лишним года Дана носила компрессионную маску и специальный костюм, чтобы заживить раны и спрятать изуродованное тело от окружающих и самой себя. «Было бы легче умереть, но я никогда не искала легких путей», — говорила позднее Вулин. Пять лет борьбы за возвращение к жизни и почти 200 операций за плечами обновленной Даны Вулин — теперь женщина стала образцом для подражания и мотивационным спикером, вдохновляющим людей не сдаваться.

источник