Меню Рубрики

С точки зрения современной биологии генетики и эмбриологии

Жабры, рыба и аборты, или Почему в учебниках биологии до сих пор как научный факт преподносится псевдонаучный подлог Геккеля? (Письма в Редакцию)

МОСКВА, zavtra.ru — Газета «Завтра» опубликовала в рубрике «Письма в редакцию» заметку координатора направления «Просвещение» ООД «За жизнь!», кандидата социологических наук Константина Шестакова.

Вспоминаю, как в восьмом классе, после изучения биогенетического закона Геккеля-Мюллера, я спросил учительницу биологии: «Как такое может быть, чтобы у ребенка в утробе матери были жабры?». Ведь я не поверил этому закону, мое детское сознание воспротивилось информации о том, что я когда-то был почти что рыбкой. На свой вопрос я получил такой ответ: «А иначе как же он дышит? Он же находится в околоплодных водах! Поэтому ему нужны жабры». Бред? Бред. Любой более-менее грамотный человек, не то чтобы специалист, биолог, врач, знает, что кислород и питательные вещества поступают в кровеносную систему ребенка через плацентарный барьер и пуповину.

Тем не менее этот бред с советских времен укоренился в сознании многих граждан нашей страны, прошедших через горнило материалистической образовательной системы. В частности, это привело к тому, что в СССР ежегодно совершалось несколько миллионов абортов. Конечно, это не единственная причина, но если там рыбка, почему бы не избавиться от нее, если не позволяют жилищные условия, да и с мужем нелады и т.д…

А ведь этот опасный бред возник не на пустом месте. Конечно, биогенетический закон Геккеля-Мюллера прямо не говорит о том, что «там рыбка», но в сознании обывателя он упрощается до этой убийственной в прямом смысле слова формулы. Убежденный дарвинист Геккель утверждал, что человек в своем эмбриональном развитии последовательно кратко и сжато проходит стадии эволюции своего вида в зачаточной форме и у всех людей на эмбриональной стадии развития были некие зачатки жабр и рыбьего хвоста. У простого школьника возникают стойкие ассоциации: жабры (слово «зачатки» сознание отбрасывает) – рыба – не человек – аборт – это невинная операция. Кому это выгодно? В мире идет политика сокращения населения, и Россия опять, как и в 90-е годы, начинает вымирать рекордными темпами, освобождая территорию, богатую недрами.

Кстати, Геккель также заявлял, что якобы слух и сознание отсутствуют у новорожденного ребенка. На этом основании он выступал за уничтожение «ненормальных новорожденных», утверждая, что это «не может оцениваться с разумных позиций как убийство»[1]. Как вы отнесетесь к женщине-убийце, которая выбросила своего новорожденного младенца в мусорный бак? Этот проходимец «недостойный носить звание ученого» (именно так отзывался о Геккеле авторитетный эмбриолог и его современник Вильгельм Хис) фактически предлагал узаконить и поставить на поток такие преступления, как убийство новорожденных.

Биогенетический закон был опровергнут на стадии его возникновения. Когда Ученый совет Йенского университета доказал факт научного подлога Геккеля, Вильгельм Хис, обличая «вопиющий обман», написал, что: «Геккель потерял всякое уважение и исключил себя из рядов научных исследователей всякого рода»[2]. И сегодня ни один грамотный биолог, генетик, эмбриолог, цитолог не встанет на защиту Геккеля. Профессор МГУ А.С. Северцов, заведующий кафедрой проблем эволюции утверждает: «С позиций генетики неправильность биогенетического закона очевидна»[3]. Скотт Гильберт, автор современного фундаментального учебного и справочного пособия в 3-х томах «Биология развития» пишет: «Гибельный союз эмбриологии и эволюционной биологии был сфабрикован во второй половине XIX в. Эрнстом Геккелем… в его основе лежат ложные предпосылки»[4]. Профессора биологии Р. Рэфф и Т. Кофмен подтверждают: «…в сущности биогенетический закон — это всего лишь иллюзия»[5]. Даже в таком своеобразном источнике информации, как «Википедия», сказано: «В настоящее время закон Геккеля не признается современной биологической наукой»[6].

Но почему до сих пор в учебниках биологии как научный факт, а не гипотеза, преподносится этот псевдонаучный подлог. Кому это выгодно? Ученые пишут об «очевидной неправильности» закона Геккеля в своих монографиях, врачи-гинекологи, имеющие дело с выкидышами и абортами, откровенно смеются над ним в неформальной беседе, православные священники, принимающие исповедь у тех, кто, осознал, что убил не рыбку, а ребенка в своей утробе, вздыхают на кухне о том, чему учат в школе… Но, боясь пойти против течения, никто до сих пор не поставил вопрос ребром, с привлечение СМИ, представителей власти и системы образования: «Доколе в школе будут вводить детей в заблуждение!? Опасное заблуждение». Не делают этого, потому что это уже политика, идеология, которая вроде бы отменена Конституцией РФ, но де-факто существует в своей самой либеральной и материалистической форме. А политика и идеология, к сожалению, сегодня сильнее науки.

И все-таки это сделали участники Демографического форума «Добровольцы за жизнь» – съезда волонтеров и представителей НКО, прошедшего 25 октября 2018 года в Общественной палате Российской Федерации. В форуме участвовали представители 130 городов, 59 регионов России и 5 стран мира. Ими было принято Открытое обращение по поводу приведения учебников биологии в соответствие с представлениями современной науки о жизни ребенка до рождения. И речь идет не только о биогенетическом законе. В последние десятилетия в биологической науке произошел существенный сдвиг в развитии представлений о внутриутробном периоде жизни человека. В частности, наблюдается научный консенсус по вопросу о начале человеческой жизни.

В заключении кафедры эмбриологии биологического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова от 03.09.1993 года за подписью заведующего кафедрой профессора В. А. Голиченкова и профессора Д. В. Попова утверждается: «С точки зрения современной биологии (генетики и эмбриологии) жизнь человека как биологического индивидуума начинается с момента слияния ядер мужской и женской половых клеток и образования единого ядра, содержащего неповторимый генетический материал. На всем протяжении внутриутробного развития новый человеческий организм не может считаться частью тела матери. Его нельзя уподобить органу или части органа материнского организма. Поэтому очевидно, что аборт на любом сроке беременности является намеренным прекращением жизни человека как биологического индивидуума».

Общественники (да-да, это то самое «гражданское общество», о котором так много говорят и пытаются его приручить) обратились к Министру просвещения России Ольге Васильевой с просьбой и предложением организовать на высоком научном уровне обсуждение проблемы несоответствия школьной программы по биологии современным научным фактам, провести научно-практическую конференцию (круглый стол) с участием представителей научного и медицинского сообществ, системы образования и общественности и учесть результаты данного обсуждения при составлении школьных программ, внести соответствующие изменения в школьные учебники.

Если это произойдет, то миллионы людей будут смотреть на жизнь иначе. Или, может быть, кто-то резонно опасается, что если обрушить Геккеля, то посыпется и Дарвин?

Константин Шестаков, кандидат социологических наук, координатор направления «Просвещение» ООД «За жизнь!»

[1] Haeckel, Ernst. The wonders of life. New-York: Harper, 1904, p. 21. или Уиллке Дж., Уиллке Б. Мы можем любить их обоих. Аборт: вопросы и ответы. — М., 2003. С. 159. [2] HisW. UnsereKorperform. Leipzig: C.W.Voegel., 1874. С.163. [3] Северцов А.С. Теория эволюции. М.: Владос, 2005. с. 237. [4] Гилберт С. Биология развития. М., Мир, 1993, т.1, с. 146 [5] Р. Рэфф, Т. Кофмен. Эмбрионы, гены и эволюция. М., Мир, 1986, с.30-31

источник

Эта совокупность наук занимается вопросом возникновения жизни и передачи наследственных признаков. Изучая эти науки, мы заметим ту борьбу, которая ведется между учеными в вопросах возникновения жизни и наследственности. И все же мы можем извлечь кое-что поучительное из этих наук.

«Ряд ученых полагает, что жизнь первоначально возникла в виде единичной «живой» генной молекулы, или молекулобионта. Некоторые считают такой молекулой — молекулу дезоксирибонуклеиновой кислоты (ДНК) в противовес этой точке зрения А.И. Опарин и другие ученые утверждают, что исходным для возникновения жизни явились многомолекулярные открытые системы, непрерывно взаимодействующие с окружающей внешней средой». [304]

Какой бы ни была молекула, несущая жизнь, в этом нет существенного значения. Вопрос заключается в другом: что представляет из себя сама «жизнь», уже находящаяся в «генах», «эмбрионах», в «молекулах ДНК», «цитоплазме» и прочих частицах молекул или их соединений? Каким образом она, эта жизнь, возникла из неорганической (мертвой материи)? Это вопросы, которые с полным правом требуют ответа от ученых, а его дать невозможно, не признав вмешательства извне, т. е. творческой силы Бога.

«Биохимики и ученые в области молекулярной биологии в настоящее время имеют достаточно ясное представление о химических реакциях и структуре химических соединений, необходимых для простейших форм жизни. И это дает им возможность со всей определенностью заключить, что неорганическая материя не может даже через сотни биллионов лет самопроизвольно развиться в такие биохимические соединения, которые бы стали основой для организации простой клетки. С развитием генетики все более и более абсурдным становится предположение о том, что огромное многообразие организмов во всей их сложности, встречающейся на земле, могло произойти естественным путем от одной единственной клетки». [305]

Сколько бы нам ни твердили о теории «самозарождения» — факты, время и жизнь эту теорию отвергают. И с каждым днем становится все больше тех, которые выступают против этой теории.

«Известный советский ученый, академик Костычев, исходя из большой сложности строения даже простейших микроскопических существ, в следующих словах высмеивал идею о их зарождении: «Все…, характерные для живых существ, превращения веществ и энергии были бы невозможны без посредства специально приспособленного аппарата. Но, именно, случайное возникновение сложного аппарата крайне неправдоподобно. Если бы я предложил читателю обсудить насколько велика вероятность того, чтобы среди неорганизованной материи путем каких-нибудь естественных, например, вулканических процессов, случайно образовалась большая фабрика — с топками, трубами, котлами, вентиляторами и тому подобным, то такое предложение, в лучшем случае, произвело бы впечатление неуместной шутки. Однако простейший микроорганизм устроен сложнее всякой фабрики. Значит его случайное возникновение еще менее вероятно. Данные микробиологии, цитологии и биохимии и эволюционного учения неопровержимо доказывают, что зарождение организмов из неживого невозможно. Поэтому невозможно и их искусственное создание». [306]

«Сейчас стало совершенно очевидно, что возникновение жизни, не какая-то «счастливая случайность», как это думали еще недавно», [307] — заявляет советский академик Опарин.

Еще более интересные вопросы выдвигает наука о наследственности. Этой наукой установлено, что вся форма внешняя и внутренняя, все разнообразие в строении, характер, поведение, каждая самая малая, даже невидимая «деталь» организма заранее предначертаны на структуре одной клетки — оплодотворенного яйца (зиготы). Зигота очень сложна и делится в свою очередь на ядро и цитоплазму. Ядра клеток не однородны по своему строению. В них, во время деления, особенно заметны хромосомы, которые состоят из двух типов химических соединений: белка и дезоксирибонуклеиновой кислоты (ДНК). Посредником между ДНК и белком в передаче наследственных признаков является рибонуклеиновая кислота (РНК).

Для того, чтобы, скажем, ребенок был похож на родителей, необходимо, чтобы были «на ДНК хромосом половых клеток, благодаря определенному чередованию пуриновых и пиримидиновых оснований, как бы «записаны» все качества, признаки и свойства, которые должны быть переданы от родителей к детям». [308]

Таким образом возникает вопрос: как основать и связать с этим теорию естественного отбора, как связать случайные, «самопревращения» одних видов животных в другие.

Во свете этих открытий терпит провал теория о самозарождении.

«Что касается механизма эволюции, т. е. того, как и почему произошла эволюция, заметно только, что в наше время теории Ламарка (Приспособление к среде) и Дарвина (Естественный отбор) уже недостаточны; в свою очередь генетика предоставляет новые данные, отчасти оправдывающие мутационную гипотезу (Де Фриз). Сторонники последней полагают, что изменения, приводящие к образованию различных типов и видов, произошли но не во взрослых индивидуумах, а в самих зародышах. Зародышевая клетка, из которой должно родиться животное, может претерпеть такое изменение в своем строении (в «генах» или в отдельных «хромосомах»), которые дадут начало существу с характерными чертами, отличными от его родителей и передаваемыми по наследству. Надо, однако, признать, что накопленный в этой области опыт объясняет только колебания в пределах одного вида или возникновения уродливых и нежизнеспособных существ… В наше время ни один серьезный ученый не берется утверждать, что человек происходит от человекоподобной обезьяны».[309]

Кто закодировал проект первого человеческого организма на первой молекуле ДНК хромосома первого человека? Кто был архитектором и таким гениальным творцом?

«Не премудрость ли взывает? И не разум ли возвышает голос свой. Я, премудрость, обитаю с разумом, и ищу рассудительного знания. Господь имел меня началом пути Своего, прежде созданий Своих, искони: от века я помазана, от начала, прежде бытия земли… тогда я была при Нем художницею, и была радостью всякий день, веселясь пред лицем Его во все время» (Прит. 8, 1.12.22.23.30).

Только премудрость Божья могла начертать эту чудесную программу, которая так мала, невидима и недоступна для восприятия, но которая передает из поколения в поколение, в точности, до тончайших деталей черты будущего образа и подобия каждого индивидуума. Кроме этого, ученые заметили также некоторые отклонения, которые образуются в каждом новом поколении, как в чертах характера, так и во внешнем облике, хотя внутренне передача остается без изменения и дополнения. Яснее, передается подобие родителей детям, но в новом поколении добавляются какие-то особенности, которые могут передаться новому поколению. От чего это зависит?

«Вот родословие Адама. Когда Бог сотворил человека, по подобию Божию создал его… Адам жил 130 лет и родил сына по подобию своему, по образу своему, и нарек ему имя Сиф» (Быт. 5,1.3).

Сиф уже имел подобие не Божье, но Адамово. И с каждым новым поколением резче становилась грань разницы между первым человеком Адамом и потомками последующих родов. И это изменение шло в сторону вырождения (деградации). Причина этому — влияние греха. Это изменение наблюдают и ученые, с той лишь разницей, что принимают его за развитие по восходящей линии: от дикаря к цивилизованному человеку.

Только во свете Библии вопросы наследственности проясняются и свидетельствуют, что в молекулах ДНК хромосом человека передаются посредством РНК только черты человека, а в молекулах ДНК хромосом животного передаются тем же путем черты и особенности того животного, от которого рождается детеныш. Так было от начала, так будет и в последующие века. «По роду своему», — определил Господь (исключение может составлять только рождение урода). Но никогда от обезьяны не может родиться человек, от кошки — собака. Рыба не может родить лягушку, ящерица — птицу, а ведь мнения естественного отбора именно на это намекают.

Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:

источник

ЦИТОЛОГИЯ, ГЕНЕТИКА, ЭМБРИОЛОГИЯ, БИОХИМИЯ и МОЛЕКУЛЯРНАЯ БИОЛОГИЯ

Эта совокупность наук занимается вопросом возникновения жизни и передачи наследственных признаков. Изучая эти науки, мы заметим ту борьбу, которая ведется между учеными в вопросах возникновения жизни и наследственности. И все же мы можем извлечь кое-что поучительное из этих наук.

«Ряд ученых полагает, что жизнь первоначально возникла в виде единичной «живой» генной молекулы, или молекулобионта. Некоторые считают такой молекулой — молекулу дезоксирибонуклеиновой кислоты (ДНК) в противовес этой точке зрения А. И. Опарин и другие ученые утверждают, что исходным для возникновения жизни явились многомолекулярные открытые системы, непрерывно взаимодействующие с окружающей внешней средой».

Какой бы ни была молекула, несущая жизнь, в этом нет существенного значения. Вопрос заключается в другом: что представляет из себя сама «жизнь», уже находящаяся в «генах», «эмбрионах», в «молекулах ДНК», «цитоплазме» и прочих частицах молекул или их соединений? Каким образом она, эта жизнь, возникла из неорганической (мертвой материи)? Это вопросы, которые с полным правом требуют ответа от ученых, а его дать невозможно, не признав вмешательства извне, т. е. творческой силы Бога.

Читайте также:  Вижу первую строчку таблицы для зрения

«Биохимики и ученые в области молекулярной биологии в настоящее время имеют достаточно ясное представление о химических реакциях и структуре химических соединений, необходимых для простейших форм жизни. И это дает им возможность со всей определенностью заключить, что неорганическая материя не может даже через сотни биллионов лет самопроизвольно развиться в такие биохимические соединения, которые бы стали основой для организации простой клетки. С развитием генетики все более и более абсурдным становится предположение о том, что огромное многообразие организмов во всей их сложности, встречающейся на земле, могло произойти естественным путем от одной единственной клетки».

Сколько бы нам ни твердили о теории «самозарождения» — факты, время и жизнь эту теорию отвергают. И с каждым днем становится все больше тех, которые выступают против этой теории.

«Известный советский ученый, академик Костычев, исходя из большой сложности строения даже простейших микроскопических существ, в следующих словах высмеивал идею о их зарождении: «Все…, характерные для живых существ, превращения веществ и энергии были бы невозможны без посредства специально приспособленного аппарата. Но, именно, случайное возникновение сложного аппарата крайне неправдоподобно. Если бы я предложил читателю обсудить насколько велика вероятность того, чтобы среди неорганизованной материи путем каких-нибудь естественных, например, вулканических процессов, случайно образовалась большая фабрика — с топками, трубами, котлами, вентиляторами и тому подобным, то такое предложение, в лучшем случае, произвело бы впечатление неуместной шутки. Однако простейший микроорганизм устроен сложнее всякой фабрики. Значит его случайное возникновение еще менее вероятно. Данные микробиологии, цитологии и биохимии и эволюционного учения неопровержимо доказывают, что зарождение организмов из неживого невозможно. Поэтому невозможно и их искусственное создание».

«Сейчас стало совершенно очевидно, что возникновение жизни, не какая-то «счастливая случайность», как это думали еще недавно», — заявляет советский академик Опарин.

Еще более интересные вопросы выдвигает наука о наследственности. Этой наукой установлено, что вся форма внешняя и внутренняя, все разнообразие в строении, характер, поведение, каждая самая малая, даже невидимая «деталь» организма заранее предначертаны на структуре одной клетки — оплодотворенного яйца (зиготы). Зигота очень сложна и делится в свою очередь на ядро и цитоплазму. Ядра клеток не однородны по своему строению. В них, во время деления, особенно заметны хромосомы, которые состоят из двух типов химических соединений: белка и дезоксирибонуклеиновой кислоты (ДНК). Посредником между ДНК и белком в передаче наследственных признаков является рибонуклеиновая кислота (РНК).

Для того, чтобы, скажем, ребенок был похож на родителей, необходимо, чтобы были «на ДНК хромосом половых клеток, благодаря определенному чередованию пуриновых и пиримидиновых оснований, как бы «записаны» все качества, признаки и свойства, которые должны быть переданы от родителей к детям».

Таким образом возникает вопрос: как основать и связать с этим теорию естественного отбора, как связать случайные, «самопревращения» одних видов животных в другие.

Во свете этих открытий терпит провал теория о самозарождении.

«Что касается механизма эволюции, т. е. того, как и почему произошла эволюция, заметно только, что в наше время теории Ламарка (Приспособление к среде) и Дарвина (Естественный отбор) уже недостаточны; в свою очередь генетика предоставляет новые данные, отчасти оправдывающие мутационную гипотезу (Де Фриз). Сторонники последней полагают, что изменения, приводящие к образованию различных типов и видов, произошли но не во взрослых индивидуумах, а в самих зародышах. Зародышевая клетка, из которой должно родиться животное, может претерпеть такое изменение в своем строении (в «генах» или в отдельных «хромосомах»), которые дадут начало существу с характерными чертами, отличными от его родителей и передаваемыми по наследству. Надо, однако, признать, что накопленный в этой области опыт объясняет только колебания в пределах одного вида или возникновения уродливых и нежизнеспособных существ… В наше время ни один серьезный ученый не берется утверждать, что человек происходит от человекоподобной обезьяны».

Кто закодировал проект первого человеческого организма на первой молекуле ДНК хромосома первого человека? Кто был архитектором и таким гениальным творцом?

«Не премудрость ли взывает? И не разум ли возвышает голос свой. Я, премудрость, обитаю с разумом, и ищу рассудительного знания. Господь имел меня началом пути Своего, прежде созданий Своих, искони: от века я помазана, от начала, прежде бытия земли… тогда я была при Нем художницею, и была радостью всякий день, веселясь пред лицем Его во все время» (Прит. 8, 1.12.22.23.30).

Только премудрость Божья могла начертать эту чудесную программу, которая так мала, невидима и недоступна для восприятия, но которая передает из поколения в поколение, в точности, до тончайших деталей черты будущего образа и подобия каждого индивидуума. Кроме этого, ученые заметили также некоторые отклонения, которые образуются в каждом новом поколении, как в чертах характера, так и во внешнем облике, хотя внутренне передача остается без изменения и дополнения. Яснее, передается подобие родителей детям, но в новом поколении добавляются какие-то особенности, которые могут передаться новому поколению. От чего это зависит?

«Вот родословие Адама. Когда Бог сотворил человека, по подобию Божию создал его… Адам жил 130 лет и родил сына по подобию своему, по образу своему, и нарек ему имя Сиф» (Быт. 5,1.3).

Сиф уже имел подобие не Божье, но Адамово. И с каждым новым поколением резче становилась грань разницы между первым человеком Адамом и потомками последующих родов. И это изменение шло в сторону вырождения (деградации). Причина этому — влияние греха. Это изменение наблюдают и ученые, с той лишь разницей, что принимают его за развитие по восходящей линии: от дикаря к цивилизованному человеку.

Только во свете Библии вопросы наследственности проясняются и свидетельствуют, что в молекулах ДНК хромосом человека передаются посредством РНК только черты человека, а в молекулах ДНК хромосом животного передаются тем же путем черты и особенности того животного, от которого рождается детеныш. Так было от начала, так будет и в последующие века. «По роду своему», — определил Господь (исключение может составлять только рождение урода). Но никогда от обезьяны не может родиться человек, от кошки — собака. Рыба не может родить лягушку, ящерица — птицу, а ведь мнения естественного отбора именно на это намекают.

источник

Владимир Голиченков родился в 1938 году. В 1960 году окончил биологический факультет МГУ и с тех пор работает там на кафедре эмбриологии. В 1964 защитил кандидатскую диссертацию, в 1980 – докторскую. С 1984 заведует кафедрой.

— Владимир Александрович, то, что жизнь человека начинается с момента зачатия – доказанный научный факт, или это пока одна из гипотез, и есть эмбриологи, придерживающиеся другого мнения?

— Безусловно, доказанный. В результате слияния женской (яйцеклетки) и мужской (сперматозоида) половых клеток возникает зигота – оплодотворенная яйцеклетка. Зигота – это уже новый организм на стадии одной клетки. С зиготы начинается жизнь нового организма. В ней соединяется наследственный материал отца и матери, который заложен в наследственных структурах ДНК в виде генетического кода.

Генетическая программа определит особенности строения организма, его рост, характерные черты обмена веществ, предрасположенность к болезням, психический склад. С зиготы начинается индивидуальная жизнь многоклеточного существа, в том числе и человека.

Каждое существо, а, значит, и человек, в течение жизни проходит целый ряд обязательных превращений от стадии зиготы и до смерти, на которых оно будет выглядеть иначе, но оставаться все тем же существом (человеком).

Это биологический подход. Всякие другие подходы в определении человека будут либо юридическими, либо будут носить профессиональные предпочтения (например, если считать человека человеком с рождения, с закладки нервной системы, с появления речи или с выдачи паспорта).

Итак, зигота – самая ранняя, начальная стадия развития организма. Ее «генетический паспорт» остается неизменным на всех остальных стадиях и создается в процессе оплодотворения яйцеклетки.

То, что уникальная генетическая структура зиготы образуется в результате оплодотворения яйцеклетки, очевидно любому биологу. Это научный факт.

— И когда ученые установили этот факт?

— Точную дату не назовет никто. Начальные знания теряются в глубине веков. Но в семидесятых годах XIX века Оскар Гертвиг пришел к заключению, что сущность процесса оплодотворения состоит в слиянии ядер сперматозоида и яйцеклетки. Теодор Бовери экспериментально и теоретически обосновал теорию индивидуальности хромосом и заложил основы цитогенетики. Вот отсюда можно исчислять начало научных знаний о процессе оплодотворения.

— Насколько зависит от религиозности ученого, считает ли он эту уникальную генетическую структуру человеком?

— Я специально данный вопрос не изучал, но по опыту общения с коллегами мне кажется, что это скорее зависит от того, чем конкретно занимается ученый в науке. Если высшей нервной деятельностью и она у него – доминирующий интерес, то вполне вероятно, что и в человеке его будет интересовать именно эта сторона. И тогда он не сможет увидеть человека в десятиклеточном зародыше.

Какой же это человек, скажет он, если у него нет центральной нервной системы? Что касается нашей кафедры, то у нас по этому вопросу полное единомыслие. Конечно, человек.

— Почему же в девяностые годы будущих юристов в курсе уголовного права учили, что жизнь человека начинается с первого вздоха после родов? Подозреваю, что так же их учат до сих пор.

— Это уже юридический вопрос. Он может не совпадать ни с естественнонаучными выводами, ни с этическими нормами. Вопрос договоренности сторон – как договорятся, так и будут считать. И эта договоренность часто входит в закон, который всем обязательно исполнять, независимо от того, плох он или хорош.

А закон может быть гуманным, а может — и античеловечным, договориться можно до разного. Например, Людовик XIV говорил: «Человек начинается с барона». Но такое определение тоже не имеет никакого отношения к науке.

— Ряд юристов утверждают, что их преподаватели говорили о первом вздохе, ссылаясь как раз на мнение медицинской науки.

— Медицинская наука – чрезвычайно сложное понятие. Она вбирает в себя всю сумму биологических знаний и соединяет ее со сложными потребностями общества, с социальной значимостью здоровья, объединяя все это в искусство врачевания, которое, как всякое проявление высших способностей, вряд ли поддается простому определению.

Поэтому если закон позволяет делать аборты и считает человека человеком с момента рождения, никакого противоречия в такой практике не будет. Профессионального противоречия – я не говорю сейчас об этической стороне. Но это не будет биологическим ответом на вопрос, когда начинается жизнь.

Я уже цитировал Людовика XIV, считавшего, что человек начинается с барона, но к реальности его утверждение не относится. Сейчас решили, что эмбрион – не человек, плод – тоже не человек, завтра скажем, что старики – не люди, им на кладбище пора. Потом перестанем считать людьми инвалидов – они, мол, только обуза для общества.

Даже звучит страшно, но теоретически возможно, что люди договорятся и узаконят это. (В истории есть примеры — от Спарты до гитлеровской Германии). Но такой закон будет законом юридическим, а не биологическим.

— Почему же юристы и законодатели не консультируются по таким вопросам с эмбриологами?

— Это надо спросить у юристов. Я не собираюсь диктовать законодателям, какие законы надо принимать, но всегда готов всем доступным языком объяснить, к каким выводам пришла наука, которой я занимаюсь. Пока за пределами научного сообщества этим интересовалась только Церковь.

Как вы знаете, в 1993 году из Патриархии к нам на кафедру обратились с вопросом, когда с точки зрения науки начинается человеческая жизнь. Мы с моим ныне покойным коллегой Дмитрием Васильевичем Поповым сразу ответили.

Молодой научный сотрудник Александр Молчанов – талантливый ученый и глубоко верующий человек – по приглашению Церкви участвовал в дискуссии на тему «Об обороте клеточных продуктов». Также он принимал участие в работе Церковного общественного совета по биоэтике.

И этот совет, если я не ошибаюсь, до сих пор опирается на наше заключение о том, что считать эмбрионом, какие технологии затрагивают его жизнь, а какие – нет и, соответственно, какие операции с клетками человека этически допустимы.

В МИФИ нас приглашали выступить перед слушателями и преподавателями духовных академий и рассказать о современной биологии развития и ее роли в социально значимой практике.

— А как вы относитесь к идее разработать законопроект, уравнивающий в правах эмбриона и человека? Возможно ли принятие такого закона?

— Я думаю, что самим эмбрионом его правовой статус не может быть ни подтвержден, ни оспорен. В этом смысле эмбрион – совершенно беспомощная сущность. Важно наше отношение к эмбриону. Он не может заявить никакие свои права, это за него можем сделать мы.

Если мы признаем, что эмбрион – человек в эмбриональной стадии своего развития и, как любой, человек, имеет право на жизнь, тогда он неприкосновенен. Если же мы откажемся считать его человеком (не биологически, а юридически), то сможем делать с ним все, что захотим, то есть аборт юридически не будет считаться убийством.

Не считалась же до моратория убийством смертная казнь. С точки зрения биологической это тоже насильственное прерывание жизни, то есть убийство. Но поскольку закон допускал такое прерывание жизни, с юридической точки зрения оно убийством не было.

И если государство посчитало, что даже за зверства недопустимо лишать жизни социально опасного выродка, то тем более правильно было бы защищать жизнь человека на ранней стадии его развития, когда он сам еще заявить о себе словесно не может.

Фото: Штурман59, photosight.ru

И утверждение юристов со ссылкой опять же на преподавателей уголовного права, что до рождения эмбрион, а потом плод считается частью тела матери, поскольку не может существовать самостоятельно, и именно на этом основании его проблематично считать полноценным субъектом, не выдерживает никакой критики.

Если вы помните, после Великой Отечественной войны многие фронтовики до конца жизни (сейчас их уже совсем мало осталось) носили в теле осколки от снарядов, которые не удавалось извлечь. Вот эти осколки становились частью тела человека, но как инородные, насильно введенные предметы. Эмбрион – не инородный предмет, он оказался в теле матери не случайно. Это естественный процесс репродукции человека.

Он находится в ней, как в инкубаторе, оптимально приспособленном для его развития на ранних стадиях, но ни иммунологически, ни генетически не является матерью. Он часть тела матери только геометрически, но по сути это с самого начала другой человек. Такой способ появления новой жизни – не уникальное человеческое свойство, млекопитающие вынашивают детей в своем теле. И не только млекопитающие.

А что касается невозможности существовать самостоятельно, то по такой логике можно и инвалидов, и умственно отсталых, и глубоких стариков не считать личностями – они тоже не могут существовать самостоятельно. Вот только человечно ли общество с такими представлениями?

Читайте также:  Причины депрессии с точки зрения психологии

— Некоторых юристов также смущает, что если закон признает, что жизнь человека начинается с зачатия, автоматически придется признать аборт убийством?

— Как я вам уже сказал, с точки зрения биологии это и есть убийство – насильственное прерывание жизни. Понятно, что слово «убиваем» пугает, поэтому придумали много синонимов. Суть от этого не меняется. Другое дело, предусмотрена ли за такую форму убийства уголовная ответственность. Всем известно, что сегодня по закону аборт убийством не считается.

— Если я вас правильно понял, по-человечески вы поддерживаете идею Виталия Милонова? А если бы он обратился к вам, готовы вы были бы помочь ему в разработке законопроекта?

— Участвовать в разработке закона я не буду, потому что это не мое дело. Но я, конечно, всегда всем готов объяснить то, в чем я компетентен. Я только от вас узнал об идее депутата Милонова, но она мне действительно симпатична. Было бы прекрасно, если бы общество дозрело до понимания, что прерывание жизни человека недопустимо ни на какой стадии: ни на стадии зиготы, ни бластоцисты, ни позднего эмбриона, ни родившегося человека, ни глубокого старика, ни безнадежно больного.

Но для этого нужно создавать соответствующие социальные службы. Раз мы считаем недопустимой эвтаназию, должны развивать паллиативную медицину. Так же и с абортами. Беременность – длительный, сложно протекающий процесс. Сейчас есть тенденция рожать в позднем возрасте, и тут тоже накапливаются сложности – растет процент патологий. А диагностика, в том числе эмбриональная, очень хорошо поставлена.

Она позволяет на ранней стадии выявить, например, синдром Дауна, другие тяжелые патологии. Глубокого уважения достойны родители, которые, зная о выявленной во время беременности патологии, рожают и самоотверженно воспитывают ребенка-инвалида. Но не все на это могут решиться. И вот тут, мне кажется, как раз юридическая наука должна прийти на помощь. Если родители не чувствуют в себе сил воспитывать дома ребенка с тяжелой патологией, должна быть гарантия, что это сделает специальное учреждение.

— Интернаты для детей-инвалидов есть, но вряд ли жизнь там можно назвать полноценной. Детей кормят, одевают, но совсем не воспитывают, они вырастают совершенно беспомощными, часто умирают в раннем возрасте. А ведь современный уровень медицины и лечебной педагогики позволяет при многих даже тяжелых заболеваниях обучать детей по коррекционным программам, помогать многим из них хотя бы частично социализироваться.

В девяностые годы появились негосударственные благотворительные организации по работе с детьми-инвалидами, но, во-первых, их пока мало, во-вторых, они работают с детьми, растущими в семьях. Большинство же государственных социальных учреждений для проживания детей-инвалидов остается на уровне пятидесятилетней давности.

— Видите, сколько еще нерешенных проблем. Педагоги, работающие с детьми-инвалидами – подвижники. Надо и такие благотворительные организации развивать, и создавать новые интернаты для проживания детей-инвалидов. Интернаты, многие воспитанники которых в дальнейшем смогут адаптироваться к жизни в обществе.

Наверное, только силами энтузиастов эту проблему не решить. Нужна продуманная государственная социальная программа. Просто же принимать закон об уравнивании в правах эмбриона и человека, ничего не меняя в социальной политике, не совсем правильно.

И даже если допустить невозможное – что завтра примут хорошую социальную программу, на сто процентов проблему абортов не решить. Например, бывают случаи, когда возможно спасти только роженицу или только младенца. Сегодня решение должна принимать сама роженица или, если она не в состоянии это сделать, ее муж. Мыслимо ли ставить людей перед таким страшным выбором?

Еще более сложный вопрос — здесь уже даже не об аборте речь. Скажем, родились сиамские близнецы, и врачи определили, что либо погибнут оба, либо мы одного отделим, тогда погибнет другой. Что лучше: одна спасенная жизнь за счет загубленной другой или две загубленных и ни одной спасенной? Это сложный этический вопрос, на который я не знаю, как ответить. Нужны юридические и этические нормы.

Я не думаю, что сегодня наше общество готово к принятию предложения депутата Милонова, но надеюсь, что когда законопроект будет разработан и внесен, начнется конструктивный диалог власти, науки, Церкви и общества.

источник

«С точки зрения современной биологии (генетики и эмбриологии) жизнь человека как биологического индивидуума начинается с момента слияния ядер мужских и женских половых клеток и образования единого ядра, содержащего неповторимый генетический материал»

КОНСТИТУЦИОННОЕ ПРАВО НА ЖИЗНЬ И ПРАВОВОЙ СТАТУС ЭМБРИОНА ЧЕЛОВЕКА

авторы публикации: Е.В.Перевозчикова, Е.А.Панкратова

Развитие новых биотехнологий, методов пренатальной (дородовой) диагностики и медицины привело к широкому распространению исследований на человеческих эмбрионах [2] и поставило перед научной общественностью ряд этико-правовых вопросов, среди которых определение пределов реализации репродуктивных прав человека, выявление правомерности использования человеческих эмбрионов для научно-исследовательских и терапевтических целей. В основе указанных проблем лежит отсутствие четкого правового статуса эмбриона человека. В частности, не определен этап развития, с которого человеческий эмбрион находится под защитой закона и наделяется правом на жизнь.

Анализ отечественной и зарубежной литературы по исследуемой проблеме показал, что существует три подхода к определению момента начала охраны человеческой жизни в законодательном порядке: абсолютистский, умеренный и либеральный.

Сторонники так называемой абсолютистской позиции рассматривают оплодотворенную яйцеклетку или эмбрион как человеческое существо, которое обладает безусловной ценностью и правом на жизнь. Именно поэтому запрещается осуществлять какие-либо действия, которые затрудняют или прекращают ее (его) развитие. Если же этому препятствуют какие-то естественные процессы, то следует им противостоять подобно тому, как противостоят заболеваниям, угрожающим жизни человека. Таким образом, в обязанность государства входит обеспечение развития жизни на любой стадии и ее абсолютная защита [2].

В рамках данного подхода Е.Велти (Е.Welty) отмечает: «В момент оплодотворения. Господь дарует душу и человеческая жизнь начинается. » [3] «Тот, кто будет человеком, уже человек», — писал Тертуллиан на рубеже II и III вв. [4] В.А.Голиченко и Д.В.Попов утверждают: «С точки зрения современной биологии (генетики и эмбриологии) жизнь человека как биологического индивидуума начинается с момента слияния ядер мужских и женских половых клеток и образования единого ядра, содержащего неповторимый генетический материал» [5]. С ними солидарен Р.Петров: «Сперматозоид проникает в яйцеклетку — и это уже человек! Все права, которые распространяются на человека, относятся и к эмбриону» [6].

Бернард Натансон, бывший директор специальной клиники, за годы своей работы сделавший шестьдесят тысяч абортов, задумавшись, насколько безобидны его действия, провел научные изыскания с применением следующих технических средств: ультразвука, электронных исследований сердца эмбриона, эмбрионоскопии, радиобиологии и других. После скрупулезных исследований он заявил: «Тот факт, что эмбрион есть отдельное человеческое существо со всеми особыми, личными характеристиками, сегодня не ставится под сомнение» [7]. Для подтверждения своих выводов Натансон прибегает к ультразвуковой съемке аборта трехмесячного эмбриона. Эта лента под названием «Безмолвный крик» доказывает, что зародыш предчувствует угрозу со стороны инструмента, которым производится операция. Он начинает двигаться быстрее и тревожней, и сердцебиение учащается со 140 до 200 ударов в минуту, он широко открывает рот, словно кричит безмолвным криком.

Известный французский профессор, специалист в области клеточной генетики Парижского университета Иероним Лежен пишет: «Как все ученые, которые беспристрастно наблюдают биологические явления, я считаю, что человеческое существо начинает свою жизнь с момента оплодотворения» [8].

Американский доктор Эрнст Хант отмечает: «Оплодотворенная яйцеклетка — не просто клеточная масса без особых своих собственных характеристик. Она на этой стадии не похожа ни на бутон цветка, ни тем более на зародыш животного рода. Это полностью и абсолютно есть жизнь человеческого существа, и она имеет ту же жизнь, какую имеет новорожденный младенец, дитя, подросток и зрелый человек» [9]. Аналогично высказывание Д.О’Коннор: «Беременность — это период созревания нового существа, а не превращение его в человека, так как это уже человек» [10].

Жак Судо, доказывая абсолютную ценность эмбриона, приводит следующие аргументы: с момента зачатия человеческий эмбрион имеет новую, специфическую биологическую сущность со своей программой жизни и развития, обладает внутренним динамизмом, определяемым и управляемым геномой, направленным на постепенное развитие вплоть до формирования взрослого человека. Он существует в виде независимого организма, то есть организованного биологического существа. является самоконтролируемым в осуществлении своей генетической программы. Гаметы, из которых он образуется, доказывают его принадлежность к человеческому роду, что ясно определяется также по особенностям принадлежащей ему генетической структуры. Эти данные Ж.Судо дополняет понятием об антропологической сущности человека как телесного субъекта или одухотворенного тела. «Современная философская антропология ясно сформулировала идею «телесной личности». то есть нераздельного единства человеческого духа и тела. что вынуждает нас признать, что начало телесной сферы человека означает начало самой человеческой сущности«, — отмечает ученый [11].

И.В.Чиндин обосновывает наличие у эмбриона личностных качеств на основе положений психоаналитического учения. Используя материалы исследования О.Ранка, он делает предположение о том, что момент рождения является узловым в процессе развития, и утверждает, что стадия рождения психической жизни человека на момент его биологических родов была уже пройдена. Ученый полагает, что эмбрион на ранних стадиях существования имеет (пусть еще не автономные, но уже наличествующие) собственное тело и душу. К моменту же рождения тело и душа человека развиты настолько, что способны справиться с событием, носящим почти что индивидуально апокалипсический характер, — перенести травму рождения [12].

Таким образом, абсолютистская позиция основывается на том, что эмбрион представляет собой абсолютную ценность, наделяется правом на жизнь с момента зачатия и должен обеспечиваться защитой со стороны государства на любой стадии развития.

Вторая точка зрения — либеральная — основывается на положении, согласно которому «на любой стадии развития эмбрион не может быть определен как личность. » [13]. Это означает, что он имеет незначительную ценность или даже вообще ее лишен, поэтому эмбрион не нуждается в какой-то особой защите и не наделяется правом на жизнь. Представитель данного направления М.Тули (М.Tooley) отмечает: «Организм обладает правом на жизнь только в случае, если он осознает себя развивающимся субъектом, обладает жизненным опытом и другими умственными способностями» [14].

Данную позицию разделяет В.С.Репин «Любое решение в новой области не может приниматься исключительно по биоэтическим или моральным соображениям. Сторонники идеологии «про-лайф» уравнивают качество жизни прародительских клеток и людей. Это равносильно знаку равенства между биологическим потенциалом плодовых косточек и дерева» [15].

Сторонников либеральной позиции немного. Ее последователи полагают, что эмбрион не обладает той ценностью, которая достойна государственной защиты.

Приверженцы умеренной (градуалистической) позиции считают, что «оплодотворенная яйцеклетка развивается в человеческое существо постепенно и эмбрион имеет значительную, но не абсолютную ценность» [16].

В рамках данной позиции одни авторы полагают, что эмбрион имеет право на жизнь при достижении определенного уровня развития, другие — при достижении жизнеспособности. Однако единого мнения не существует.

Так, некоторые авторы придерживаются позиции, согласно которой эмбрион достоин абсолютной защиты после четырнадцатого дня развития, так как до этого срока он сформирован клеточными слоями, представляющими собой зародышевые оболочки — материал, не участвующий в дальнейшем построении эмбриона [17].

Б.Херинг (В.Haring) предлагает рассматривать формирование нервной системы на четвертой-шестой неделе беременности в качестве критерия определения уровня развития, с которого эмбрион считается личностью [18]. К.Гробстейн (С.Grobstein) определяет в качестве такового способность эмбриона реагировать на раздражение или причиняемую ему боль, что проявляется у шести-восьминедельного плода [19]. М.Д.Байлес (M.D.Bayles) утверждает, что правом на жизнь обладает эмбрион, у которого полностью сформированы мозговые нервные импульсы, что происходит на двадцать восьмой — тридцать второй неделе беременности [20]. Существует также мнение о том, что нижней границей между плодом и человеческим существом следует считать тридцатую неделю развития, когда появляются доказательства способности плода перерабатывать полученные ощущения [21].

В настоящее время вопрос определения жизнеспособности также не является полностью решенным. Так, Доклад американской комиссии Пиля (American Peel Commission) об использовании эмбрионов в исследовательских целях определяет жизнеспособность плода на такой стадии развития организма, на которой «возможно согласованное функционирование его частей». Это означает, что он способен существовать как самостоятельное целое независимо от какой-либо связи с матерью» [22]. В решении Верховного Суда США сказано: «Государство заинтересовано в определении жизнеспособности, потому что эмбрион предположительно имеет способность к осознанной жизни вне материнской утробы. Фраза «осознанная жизнь» означает особую стадию, характерную только для развития человека» [23].

Энгельхарт (Engelhardt) полагает, что «жизнеспособность — это стадия, на которой эмбрион в случае, если он был абортирован, выжил бы при определенной медицинской помощи, которая оказывается всем новорожденным» [24].

Таким образом, среди последователей умеренной (градуалистической) позиции единства в определении этапа, с которого эмбрион имеет конституционное право на жизнь и находится под защитой закона, нет.

Как видим, каждый из описанных подходов имеет свои особенности. Абсолютистская позиция основывается на абсолютной ценности человеческого эмбриона на всех этапах развития. Либералы полагают, что эмбрион имеет незначительную ценность или вообще ее лишен. Приверженцы умеренной позиции связывают возникновение у эмбриона права на жизнь с определенным уровнем развития или достижением жизнеспособности.

Определить же правовой статус эмбриона на основе достижений ученых-естественников надлежит правоведам. В настоящее время проблема определения момента начала правовой охраны человеческой жизни находится в центре внимания целого ряда ведущих исследователей в области конституционного права, среди которых А.И.Ковлер, Л.Н.Линник, М.Н.Малеина, О.Г.Селихова, Н.В.Кальченко, Г.Б.Романовский.

Большинство ученых придерживается позиции, согласно которой «современное право решительно определяет. что жизнь человека начинается с оплодотворения яйцеклетки» [25]; «жизнь эмбриона — это реальная данность, которая должна обосновывать. правовую защиту» [26]; «начало жизни должно определяться с момента зачатия» [27]; «биологическая жизнь восходит своим началом к эмбриональному состоянию человеческого организма. социальная жизнь человека начинается с момента его рождения» [28], «жизнь человеческого эмбриона обладает. той значимостью, которая дает основание для ее защиты. « [29]. Между тем представители другой точки зрения, среди которых М.Н.Малеина, Г.Б.Романовский, Н.В.Кальченко, считают, что, «несмотря на то что зачатый ребенок в будущем может стать субъектом права, вряд ли следует рассматривать его в качестве обладателя правоспособности и других прав еще до рождения. Субъективные права могут возникнуть лишь у реально существующего объекта» [30], фиксация зависимости возникновения правосубъектности от факта рождения является наиболее целесообразной [31]. Н.В.Кальченко замечает: «Неродившийся плод, связанный с материнским организмом. вернее рассматривать как составную часть организма женщины» [32], которая имеет полное право определить его судьбу.

Мы присоединяемся к первой точке зрения и попробуем доказать, что современное право воспринимает абсолютистскую или умеренную позицию и охраняет человеческую жизнь до рождения. Обратимся к содержанию международных документов. Так, Декларация прав ребенка, принятая Резолюцией 1386 (XIV) Генеральной Ассамблеи ООН от 20 ноября 1959 г., подчеркивает: «. Ребенок, ввиду его физической и умственной незрелости, нуждается в специальной охране и заботе, включая надлежащую правовую защиту, как до, так и после рождения» [33]. Аналогичную формулировку использует и Конвенция о правах ребенка 1989 г. [34] Конвенция о защите прав человека и достоинства человеческого существа в связи с использованием достижений биологии и медицины, принятая 4 апреля 1997 г. в Овьедо, говорит об исследованиях на эмбрионах «in vitro»: «1. В случаях, когда закон разрешает проведение исследований на эмбрионах «in vitro», он должен обеспечивать также надлежащую защиту эмбрионов. 2. Запрещается создание эмбрионов человека в исследовательских целях» [35].

Читайте также:  Вещества с точки зрения зонной теории

Анализируя зарубежное законодательство, мы приходим к выводу, что большинство государств придерживается абсолютистской или умеренной политики в отношении определения статуса эмбриона человека [36]. Приведем примеры законодательства некоторых стран, в которых абсолютистская позиция в законодательстве выражена наиболее ярко. Так, ст. 40 Конституции Ирландии провозглашает: «Государство признает право на жизнь нерожденного. « [37] Конституция Словацкой республики в ст. 15 закрепляет: «Человеческая жизнь достойна охраны еще до рождения». Статья 6 Конституции Чешской республики содержит аналогичную формулировку [38]. Принятый в Германии принцип гласит: жизнь человека начинается с момента оплодотворения. Федеральный Конституционный Суд ФРГ рассматривает государство обязанным законодательно закреплять искусственное прерывание беременности. за исключением случаев. когда беременность угрожает жизни женщины [39]. В связи с преобразованием Кодекса законов о здравоохранении законодатель Франции в январе 2000 г. провозгласил, что жизнь человеческого существа должна охраняться с момента первых признаков ее проявления [40]. Суды Великобритании также озабочены проблемой положения эмбриона и стремятся придать последнему статус личности. Свидетельством этого может служить тенденция к установлению ответственности за причинение эмбриону вреда по неосторожности, споры о признании эмбриона подзащитным в суде (Re F (in utero), D (a minor) v Berkshire County Council), судебные разбирательства по поводу существования абсолютных интересов у эмбриона (Re А С) [41]. В Шотландском акте о дорожных происшествиях 1972 г. (Road Traffic Act 1972) эмбрион признается юридической личностью. В Австралии имеет место принцип, согласно которому эмбрион обладает правом подать иск о возмещении вреда, причиненного ему по неосторожности в период его внутриутробного развития [42]. Законодательство Калифорнии устанавливает ответственность за убийство эмбриона [43]. В 1988 г. в штате Теннеси в решении по делу Девисов (Devis v. Devis) было установлено следующее:
— человеческая жизнь начинается с момента зачатия;
— ткани эмбриона обладают такими качествами, как индивидуальность, уникальность и возможность развития;
— человеческий эмбрион не является объектом права собственности
[44].

Тем самым был создан важный прецедент в юридической практике: человеческий эмбрион не может быть объектом права собственности, так как представляет собой начало новой человеческой жизни. Эмбрионы не могут входить в общий раздел имущества, принадлежащего супругам, и к ним неприменимы общие правила о разделе имущества.

Что касается России, то законодательство в этой области достаточно противоречиво. Так, п. 2 ст. 17 Конституции гласит: «Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения» [45]. Определим, что же следует понимать под рождением. Для констатации факта рождения человека используется критерий живорожденности. Согласно инструкции Наркомздрава СССР 1937 г., основным критерием живорожденности считалось начало самостоятельного дыхания. Другие признаки жизни не учитывались. Инструкция Минздрава СССР от 12 июня 1986 г. так же воспринимала данное положение. Кроме того, рождение плода до 28 недель беременности (ростом менее 35 см и массой менее 1000 г) независимо оттого, проявлял он признаки жизни или не проявлял, считалось выкидышем (абортом) [46].

В 1992 г. Россия перешла на рекомендованные Всемирной организацией здравоохранения критерии живорождения, что повлекло признание сердцебиения, пульсации пуповины и движений произвольных мышц ребенка признаками жизни наряду с дыханием.

Сегодня в соответствии с Инструкцией об определении критериев живорождения. под рождением человека понимают полное изгнание или извлечение из организма матери плода, который появился на свет после 28 недель беременности, весит более 1000 г, дышит и проявляет другие признаки жизни [47].

Однако и сегодня дети, появившиеся на свет с 22 по 28 неделю беременности и весящие менее 1000 г, считаются поздними выкидышами. Как совершенно справедливо замечает Р.Игнатьева, «юридически бесконтрольный период между 22 и 28 неделями беременности. (сорок два беззаконных дня) [48] лишает глубоко недоношенных детей конституционного права на жизнь, так как в России отсутствует правовой акт, обязывающий медиков бороться за жизнь детей, появившихся на свет раньше определенного срока. Между тем они в большинстве случаев жизнеспособны. Необходимо лишь оказание соответствующей медицинской помощи, которая недоступна большинству роддомов. Ее отсутствие стоит России 65 тысяч ее граждан [49]. Таким образом, согласно Конституции РФ право на жизнь принадлежит каждому от рождения. Вместе с тем на глубоко недоношенных, но уже рожденных детей данный принцип не распространяется. Зададимся вопросом: какова же правовая защита еще не рожденного плода в Российской Федерации? Согласно Конституции человеческий эмбрион не является носителем права на жизнь, поскольку в п. 2 ст. 17 провозглашается: «Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения». Уголовный закон также связывает начало жизни с моментом физиологических родов, то есть с началом процесса выхода плода из утробы матери [50]. Вместе с тем, как полагает Н.В.Крылова, предпосылки для установления уголовно-правовой защиты эмбриона в уголовном праве есть [51]. Автор делает вывод, что косвенным образом признается уголовно-правовая защита не только матери, но и плода. Данная точка зрения разделяется О.Г.Селиховой, которая полагает, что «жизнь. и телесная неприкосновенность человеческого эмбриона выступают в качестве объекта, охраняемого уголовным правом» [52]. Эта позиция основывается на том, что законодатель выделяет такой квалифицирующий признак преступлений, как их совершение в отношении беременной женщины. Практически все российские юристы говорят о том, что в результате таких преступлений вред причиняется «фактически» двум лицам — матери и ребенку. Так, Н.Г.Иванов отмечает, что «субъект посягает по существу на две ценности — жизнь женщины и ее плод, исключая его развитие и в дальнейшем новую человеческую жизнь» [53]. По мнению Г.Н.Борзенкова, «повышенная опасность этого преступления обусловлена тем, что, убивая беременную женщину, виновный уничтожает и плод как зародыш будущей жизни» [54]. «Это убийство, — пишет С.В.Бородин, — отнесено к числу совершенных при отягчающих обстоятельствах в связи с тем, что виновный, причиняя смерть беременной женщине, посягает фактически на две жизни — на жизнь потерпевшей и на жизнь будущего человека» [55].

Гражданское право идет немного дальше, поскольку признает некоторые права nasciturus (нерожденного). По общему правилу человек приобретает правоспособность в силу рождения [56], однако, ст. 1116 Гражданского кодекса РФ гласит: «. К наследованию могут призываться граждане. зачатые при жизни наследодателя» [57].

Пункты 11-12 ч. 2 ст. 218 Налогового кодекса РФ относят к категории налогоплательщиков лиц, имеющих право на стандартные налоговые вычеты, которые в момент аварии 1957 г. (производственное объединение «Маяк», сброс радиоактивных отходов в реку Теча) и эвакуации в 1986 г. из зоны Чернобыльской АЭС находились в состоянии внутриутробного развития [58].

Федеральный закон «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» закрепляет право детей, зачатых при жизни потерпевшего, на обеспечение по страхованию [59].

Действие Федерального закона «О трансплантации органов и (или) тканей человека» не распространяется на эмбрионы человека [60].

Как видим, содержание ряда правовых норм в России позволяет сделать вывод о том, что в некоторых случаях жизнь и телесная неприкосновенность эмбриона выступает в качестве объекта, охраняемого уголовным, гражданским и другими отраслями права. Однако Конституция РФ исключает правовую охрану нерожденного. Налицо противоречие между Основным законом и отраслевым законодательством. Думается, что закрепление в Конституции РФ экстенсивного понятия права на жизнь позволит разрешить существующие коллизии.

В этой связи ст. 20 Конституции РФ может быть дополнена следующей формулировкой: «Государство гарантирует охрану человеческой жизни с момента зачатия» и выглядеть следующим образом:

1. Каждый имеет право на жизнь.
2. Государство гарантирует охрану человеческой жизни с момента зачатия.

3. Смертная казнь впредь до момента ее отмены может устанавливаться федеральным законом в качестве исключительной меры наказания за особо тяжкие преступления против жизни при предоставлении обвиняемому права на рассмотрение его дела с участием присяжных заседателей.

Конституционное закрепление права на жизнь человеческого эмбриона с момента зачатия может рассматриваться в качестве базы для правового регулирования репродуктивных прав человека, правомерного использования человеческих эмбрионов для научно-исследовательских и терапевтических целей. Более того, данное конституционное положение закрепит право на жизнь как абсолютную ценность, и будет способствовать формированию гуманного и морально оправданного отношения к человеческому эмбриону в современном российском обществе.

1. Анализ литературы показал, что строгой определенности в применении данного термина нет. Под эмбрионом (греч. embryon) принято понимать животный организм на ранней стадии развития (Оксфордская иллюстрированная энциклопедия. М., 1999. С. 388-389). Термины «эмбрион» и «зародыш» являются синонимами (Российский энциклопедический словарь. М., 2001. С. 1844). После восьми недель внутриутробного развития эмбрион (зародыш) человека называется также плодом (Домашняя медицинская энциклопедия. М., 1993. С. 322). В юридической литературе под эмбрионом человека понимается организм с момента оплодотворения до рождения.

2. Report by Working Party on the Protection of the Hyman Embryo and Fetus. Steering committee on bioethics of Council of Europe. Strasbourg, 19 June 2003 [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.coe.int/ Bioethics

3. Welty E 1963 A handbook of Chrisian social ethics. Nelson, Edinburgh, vol. 2.

4. Основы социальной концепции Русской православной церкви [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.orthodox.org.ru/sd 12r.htm

5. Ковлер А.И. Антропология права. М., 2002. С. 456.

6. Московские новости. 2001. N 1-2. С. 15.

7. Митрополит Никопольский Милитий. Аборты. М., 1998. С. 22.

9. Павленко И. Безмолвный крик // Здоровье. 1992. N 1. С. 7.

10. О’Коннор Д. Аборт — это убийство // Америка. 1993. Июнь. N 439. С. 42.

12. Чиндин И.В. Психоанализ и проблема статуса эмбриона // Материалы XI Международных образовательных чтений (Направление VI: «Христианство и наука». Секция: Православие и медицина). М., 2004. С. 188-193.

13. Abortion: Medical progress and social implications. London. Pitman, 1985. P. 229.

14. Tooley M. Abortion and infanticide. In: Gorovitz Set al (cols) Moral problem in medicine. Prentice. Hall, Englewood Cliffs. P. 302.

15. Репин B.C. Новые биотехногенные реальности в медицине XXI века: место и роль биоэтики // Медицина и право. Материалы конференции. М., 1999. С. 85.

16. Report by Working Party on the Protection of the Hyman Embryo and Fetus. Steering committee on bioethics of Council of Europe. Strasbourg, 19 June 2003 [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.coe.int/Bioethics.

18. Haring В. 1972 Medical ethics. St. Paul, Slough.

19. Курило Л. Развитие эмбриона человека и некоторые морально-этические проблемы методов вспомогательной репродукции [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.rusmedserv.com/problreprod/1998/3/ article_90.html

20. Bayles M.D. 1984 Reproductive ethics. Prentice — Hall, Englewood Cliffs.

21. Курило Л. Развитие эмбриона человека и некоторые морально-этические проблемы методов вспомогательной репродукции [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.rusmedserv.com/problreprod/1998/3/article_90.html

22. HMSO 1971 The uses of fetuses and fetal material for research. Peel Commission Report. London

23. Walters L 1983 The fetus in ethical and public policy discussion from 1973 to the present. In: Bondeson WB et al (eds) Abortion and the status of the fetus. Rudel, Dordrecht. P. 16.

24. Engelhardt 1983 Viability and the use of felus. In. Bonoleson WB et al (eds) Abortion and the status of the fetus. Rudel, Dordrecht, p. 196.

25. Ковлер А.И. Антропология права. М., 2002. С. 428.

26. Сэнт-Роз, Ж. Право и жизнь // Вестник Моск. ун-та. Сер. 11. Право. 2003. N 6. С. 68.

27. Линик Л.Н. Конституционное право граждан РФ на жизнь: автореф. дис. канд. юр. наук. М., 1993. С. 16.

28. Селихова О.Г. Конституционно-правовые проблемы осуществления права индивидов на свободу и личную неприкосновенность: дис. канд. юр. наук.: 12.00.02. Екатеринбург, 2002. С. 73.

29. Крылова Н.Е. Ответственность за незаконное производство аборта и необходимость уголовно-правовой защиты «будущей» жизни // Вестник Моск. ун-та. Сер. 11. Право. 2002. N 6. С. 44.

30. Малеина, М.Н. О праве на жизнь // Государство и право. 1992. N 12. С. 51.

31. Романовский Г.Б. Человеческий эмбрион: субъект или предмет правоотношений? // Юрист. 2001, N 11. С. 48-51.

32. Кальченко Н.В. Право человека на жизнь и его гарантии в РФ: дисс. канд. юр. наук: 12.00.02. Волгоград, 1995. С. 58.

33. Права ребенка: Основные международные документы. М.: Дом, 1992. С. 9.

34. Действующее международное право. В 3 т. Т. 2. М., 1997. С. 49.

35. Конвенция о защите прав человека и достоинства человеческого существа в связи с использованием достижений биологии и медицины: Конвенция о правах человека и биомедицине. Овьедо, 4 апреля. 1997 г. // Международные акты о правах человека: Сборник документов. М., 2002. С. 745.

36. Женщины мира. 2000 год. Тенденции и статистика. ООН. Нью-Йорк. 2001. С. 84-85.

37. Конституции государств Европы в 3 т. Т. 1. М., 2001. С. 752.

38. Конституции государств Европы в 3 т. Т. 3. М., 2001. С. 115-121.

39. Сборник решений Федерального Конституционного Суда ФРГ-39,1; 88, 203.

40. Сэнт-Роз Ж. Право и жизнь // Вестник Моск. ун-та. Сер. 11. Право. 2003. N 6. С. 57.

41. Mason & McCall Smith Law and Medical Ethics. Butterworths. London, Edinburg, Dublin, 1999. P. 125-137.

44. The Custody Dispute Swen Human Embryos. The Testimony of professor Lejeune, Center for Law and religious Fredom. P. 12-14.

45. Комментарий Конституции Российской Федерации. Сборник Постановлений Конституционного Суда РФ. М., 2003. С. 10.

46. «Инструкция об определении критериев живорожденности и доношенности (зрелости) плода (новорожденного)» — приложение N 1 к Приказу Минздрава СССР от 12 июня 1986 г. N 848 // Документ опубликован не был.

47. Инструкция об определении критериев живорождения, мертворождения, перинатального периода — приложение N 1 к Приказу Министерства РФ от 4 декабря 1992 г. N 318 [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.omsk-osma.ru/chairs/akush2/nauka/ method/obuch/318-1 p.htm#01

48. Лосото А. Сорок два дня вне закона // Российская газета. 2004. 1 сент.

50. Комментарий к Уголовному кодексу РФ. Особенная часть / Под общей редакцией Ю.И. Скуратова. М., 1996. С. 16.

51. Крылова Н.В. Ответственность за незаконное производство аборта и необходимость уголовно-правовой защиты «будущей» жизни // Вестник Моск. ун-та. Сер. 11. Право. 2002. N 6. С. 51-52.

52. Селихова О.Г. Конституционно-правовые проблемы осуществления права индивидов на свободу и личную неприкосновенность: дисс. канд. юр. наук: 12.00.02. Екатеринбург, 2002. С. 73.

53. Уголовное право. Особенная часть / Под ред. Н.И. Ветрова, Ю.И. Ляпунова. С. 53.

54. Курс уголовного права. Особенная часть / Под ред. Г.Н. Борзенкова, B.C. Комиссарова. С. 118.

55. Бородин С.В. Преступления против жизни. М., 2003. С. 103.

56. Комментарий части первой Гражданского кодекса РФ. М., 1995. С. 442.

57. Гражданский кодекс РФ. Часть третья //Собрание законодательства РФ. 2001. N 49. Ст. 4552.

58. Налоговый кодекс РФ. Часть вторая // Собрание законодательства РФ. 2000. N 32. Ст. 3340.

59. Федеральный закон от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» // Собрание законодательства РФ. 1998. N 31. Ст. 3803

60. Федеральный закон от 20 июня 2000 г. N 91-ФЗ «О трансплантации органов и (или) тканей человека» // Ведомости СНД и ВС РФ. 1993. N 2. Ст. 62.

Аспирант кафедры
конституционного
и международного права
Казанского государственного
университета
Е.В.ПЕРЕВОЗЧИКОВА

Доцент кафедры
иностранных языков
Муромского института
(филиала) Владимирского
государственного
университета,
кандидат педагогических наук
Е.А.ПАНКРАТОВА

источник